Pictures and stories

photography, drawing: flowers, architecture, street photo; verse, prose

Времена года. Цветок и песня.

***********************************************************************************************
Времена года. Цветок и песня
https://ficbook.net/readfic/4963324
***********************************************************************************************

Направленность: Слэш
Автор: Under Queer Sky (https://ficbook.net/authors/1700413)

Беты (редакторы): Шиппер хочет ОТП
Фэндом: ОриджиналыПерсонажи: Тони/Алекс, Алиса/Тедди, Владислав/Ирина

Рейтинг: NC-17

Жанры: Флафф, Драма, Фэнтези, Мистика, Психология, Повседневность, Мифические существа, ER (Established Relationship), Занавесочная история, Учебные заведения, Соулмейты, ДружбаПредупреждения: Насилие, Нецензурная лексика, Элементы гета
Размер: Макси, 111 страниц
Кол-во частей: 16
Статус: закончен

Описание:
Продолжение истории “Лицо и сердце”:
https://ficbook.net/readfic/4389229

Улететь в другой мир, уйти от родителей в свою жизнь – это было так романтично. Самое время немного отдохнуть в отпуске. А потом придется просто жить.

Тем временем на горизонте появляются тучи. Кто знает, что они принесут магам…

Публикация на других ресурсах: Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
Работа также опубликована мной здесь: http://fanfics.me/fic100293

Для любителей экшна, магии и фентези: фокус повествования сосредоточен на психологии, чувствах и отношениях героев. Файерболы, подпространственные карманы и прочие бластеры отсутствуют. И не говорите, что автор вас не предупредил! 🙂

Все события и герои вымышлены. Любые совпадения с реальными личностями случайны.

—–

Серия “Времена года”.

Сборник:
https://ficbook.net/collections/7511890?sort=author

Иногда переписываю текст, добавляю новые части или перекомпоновываю, когда проявляются новые подробности историй.

История первая. “Лицо и сердце”:
https://ficbook.net/readfic/4389229

История вторая. “Цветок и песня”:
https://ficbook.net/readfic/4963324

История третья. “Ночь и ветер”:
https://ficbook.net/readfic/5489060

История четвертая. “Черное и красное”:
https://ficbook.net/readfic/4963250

Альтернативы к сюжету:
https://ficbook.net/readfic/4933847

Фэмслеш “Эксперимент”:
https://ficbook.net/readfic/5187479

Дополнения:
https://ficbook.net/readfic/5580792

История пятая. Немагическая альтернатива: Ich will (Однажды в Гейдельберге):
https://ficbook.net/readfic/5854369

——-

Автор благодарит всех, кто читает, комментирует, бетит, ставит оценку “нравится” и добавляет в сборники его истории!

========== Все хотят кушать ==========

Комментарий к Все хотят кушать
Предыдущая часть истории:
"Лицо и сердце"
https://ficbook.net/readfic/4389229
Ин шочитль ин куикатль

Часть I

Алекс жевал печенье, уставившись в окно. Тони пил кофе и чему-то задумчиво улыбался, витая в облаках.

— Слушай, Ти, я вдруг вспомнил. Мне сегодня приснился очень странный сон, — протянул охотник.

— Тебе еще что-то снилось?! Я спал, как убитый, — хмыкнул Тони.

— Ага. Снилась птица. Здоровая такая, орел, что ли, или орлица, я в них слабо разбираюсь… Сидела на заборе, знаешь, на холме возле рынка. И смотрела на меня то одним глазом, то другим. И так пристально… Мне как-то даже не по себе стало, так она на меня пялилась.

Тони чуть не поперхнулся от смеха и разлил кофе.

— Что? Что еще такое, ты чего ржешь?! — Алекс почувствовал, что его ждет какой-то очередной подвох, — я окружен чудовищами, просто чудовищами! Один меня в ебеня тащит, другой смотрит так, что мороз до костей пробирает!

— Ох, Ал, я даже не знаю, смеяться или сочувствовать тебе, — наконец смог заговорить Тони, — понимаешь, знаю я одну такую «большую птицу»… Алисой ее зовут. Нам с тобой для подобного понадобилось энергию объединить, а она и сама вполне справляется. Нравится ей в таком виде сниться.

— Какая еще Алиса?! Теперь еще и Алиса какая-то на мою голову! — совсем уже взбеленился Алекс.

— Лохматую…

— Обстригусь!

— Не надо…

— Тогда не дразнись!

— Я не дразнюсь… Я… Млею, — смутился Тони и продолжил, стараясь настроиться хоть на какое-то подобие рабочего настроения. — Помнишь, Тедди сказал, что тебя в ученики к ней направит?

— Смутно… — охотник вспоминал события последнего месяца.

— Вот это она и есть. Будет тебя дальше обучать.

Внезапно зазвучал мелодичный звонок в дверь. Алекс аж подпрыгнул на месте, а Тони начал сползать под стол, опять заходясь смехом.

— Кого еще несет в такую рань?! — возмутился охотник.

— Двенадцать часов дня, соня. Иди, открывай лучше.

— Не пойду. Ты хозяин — иди и сам открывай. Я вообще никого видеть сейчас не хочу, кроме тебя.

— Давай, давай, это и твой дом теперь тоже. А мне — лень.

Говорить о своих подозрениях Тони не стал. Так ведь забавнее получится.

Алекс встал и недовольно засопел, провел пальцами по волосам, пытаясь придать им хоть какое-то подобие расчесанности. Он открыл дверь и увидел на пороге высокую худощавую женщину неопределенного возраста. Коротко стриженные темные волосы обрамляли симпатичное приветливое лицо. Одета она была в легкую светлую блузку и длинную, такую же светлую, шифоновую юбку. На плече висела сумочка в цвет босоножкам.

— Привет, — улыбнулась она, — я Алиса. А ты — Алекс?

— Угу, — растерянно кивнул охотник и пригласил гостью войти.

Алиса прошла на кухню. Тони встал, все еще смеясь.

— Привет, Алиса. Кофе будешь?

— Конечно. Я знаю, что ты хороший кофе варишь. Грех отказываться.

Алекс, мысленно ругаясь, смотрел на это все и понимал, что он ничегошеньки не понимает. Но любопытно же!

— Так я, собственно, по какому делу к вам, — Алиса захрустела печеньем, запивая его горячим кофе. — На вас посмотреть, себя показать… Тедди просил передать, что согласен дать вам неделю отпуска. А если хорошо попросите, то и две. Просить можете меня. А потом, как выйдете из отпуска на работу, у меня для вас будет задание.

— Для нас? — удивился Тони, невольно перебив Алису.

— Для вас обоих, — подтвердила она, обращаясь к молодому созерцателю, — а то ты уже совсем одичал. Скоро, как мой, с грибами разговаривать начнешь. Так ему простительно, он уже раз пять из ума выживал, а тебе еще рановато. Представляете, — продолжала она, — приволок домой какого-то духа, сказал, что тот — идеальный крокодил. Ходит теперь, у барыг ищет, где бы кустиком травы разжиться. Между прочим, твой недосмотр, Тони. Кто траву не поливал? Экспериментальный экземпляр был! Крокодил ее всю сожрал. И еще требует. Ну да ладно, неважно. Просите давайте, и я пойду. А то у меня еще много дел.

Алиса поставила опустевшую кружку на стол и внимательно посмотрела на Тони и Алекса. Парни растерянно переглянулись.

— Я жду, — напомнила ведьма.

— Алиса, дай нам, пожалуйста, две недели отпуска, — наконец сообразил охотник.

Еще несколько минут она с Тони разговаривала о каких-то общих знакомых, неизвестных Алексу. Охотник не вникал в их беседу, погруженный в свои переживания о том, что же теперь будет и как ему жить дальше. Машинально он встал, чтоб проводить гостью к выходу, когда Алиса собралась уходить. Закрыв за ней дверь, Алекс совсем растерянно посмотрел на Тони, который вышел вслед за ним в коридор.

— Какая трава, какие крокодилы?.. О чем это она? — пробормотал охотник.

— Женщины — такие загадочные существа, — пожал плечами Тони. — Идем лучше, постель застелем…

Алекс шагнул к Тони и обнял его.

— Зачем застелем? — прошептал он на ушко другу.

— Ну… Или не застелем… В конце концов, у нас же отпуск! На целых две недели!

***

Ночью охотник внезапно осознал себя стоящим посреди комнаты. Почему-то внимание сновидения включилось само по себе. Заметил, что Тони сидит на подоконнике и смотрит вдаль.

— О, а ты чего не спишь? — удивился Алекс.

— Я сплю, — повернулся к нему Тони. — А ты почему сновидишь?

— Не знаю… Оно само, — развел руками охотник.

— Иди ко мне, — позвал его созерцатель.

— Да? А ты меня опять в ебеня потащишь?!

— Боишься? — ухмыльнулся Тони.

— Боюсь, — честно ответил Алекс.

— Не потащу сейчас, не бойся.

— Да кто вас знает, маньяков…

— Обещаю, — подмигнул ему Тони.

Алекс все же переборол свой страх и переместился к созерцателю. Тот обнял его и прижал к себе. Охотник настороженно следил за происходящим, но в этот раз мир не растворился вокруг них, и никто вроде как никуда не падал.

— Садись рядом, — наконец смог отпустить его Тони, — посидим, посмотрим на мир. Я так давно спокойно не созерцал ничего. Все какие-то дела, работа, спешка. Что наяву, что во сне.

Алекс уселся рядом и свесил ноги из окна последнего этажа.

— Здорово, правда? Все так мерцает красиво, — обратился к охотнику Тони.

— Да-а, — зачарованно протянул Алекс.

Они сидели так до самого утра, пока не почувствовали, что пора просыпаться.

***

— Сегодня завтрак готовишь ты.

— Я не умею.

— Ели ж мы твою еду в лесу — и ничего, не умерли.

— У тебя лучше получается.

— Я к тебе в домохозяйки не нанимался.

— И что, готовить по очереди теперь будем?

— Скажи спасибо, что посуду мыть не надо.

Алекс печально вздохнул и побрел в ванную.

— Кофе, так и быть, сварю, — крикнул ему вслед Тони. — А то испортишь продукт, жалко.

Охотник стоял возле плиты и пытался совладать с венчиком для взбивания яиц. Где что лежало, он уже примерно знал, вот только готовить почти не умел. Перспектива есть невкусную еду его совершенно не радовала, но делать было нечего. Было бы очень наивным ждать от друга такой же кормежки, как от родителей.

Внезапно он ощутил, как Тони обнимает его сзади и нежно целует в шею.

— Я тебя научу, — тихо сказал созерцатель.

Накрыл своей рукой руку любимого и показал нужное движение.

— Ты меня так все время учить будешь? — прошептал охотник.

— Да…

Омлет, конечно, получился не очень вкусным, но все же не сгорел, и это было большим достижением быстро переросшего в секс обучения.

Алекс ковырял вилкой приготовленное.

— Котенка хочу, — осенило его.

Тони чуть не подавился:

— Ал, ты, вообще, головой думаешь?

— А что такое? — удивленно поднял глаза на Тони охотник, — у меня в детстве был кот.

— А больше ты ничего не хочешь? — вкрадчиво поинтересовался созерцатель.

— Можно двоих, чтоб им не скучно было, — простодушно поделился еще одной посетившей его идеей Алекс.

— Это страшная месть, что ли? — начал закипать Тони.

— Нет. Я, правда, живность люблю.

Алекс никак не мог понять, что такого выводящего из себя он сказал.

— А кто его кормить будет, когда нам уехать понадобится? Маме с папой отнесешь?

Охотник с ужасом заметил, что сейчас он наблюдает того кошмарного Тони, который изводил его своими заносчивыми нотациями. Нотации никуда не исчезли, несмотря на недавний классный секс.

— А если оно сдохнет после того, как нас во время сновидения увидит? Ты знаешь, что кошки — очень нежные существа и часто плохо реагируют на магов, которые в теле сновидения по квартире шастают?

— Нет, я не знал, — расстроенно ответил Алекс. — Ну может, можно будет как-то его приучить…

— Ага, с собой брать… На прогулку… В, как ты говоришь, «ебеня»… Сплю и вижу, — яд опять сочился из каждого слова созерцателя.

Охотник уныло уставился в тарелку. Котенка по-прежнему хотелось, несмотря на все нравоучения.

— Гулять пойдем в парк? — решил как-то приободрить его Тони.

— Угу.

По дороге домой Тони отвлекся и засмотрелся на бабочек, рассевшихся на кустах роз. Алекс понял, что созерцатель окончательно ушел в отпускное «внутреннее астральное путешествие» и решил, что подождет его, осматривая окрестности.

Внезапно он уловил еле слышный писк, исходящий из-под припаркованной в совершенно неположенном месте — прямо на тротуаре — машины. Он присел на корточки и заглянул под нее. Там обнаружился совсем еще маленький котенок непонятной пятнистой окраски. Он пискнул и направился к Алексу, переваливаясь на тоненьких лапках.

— Пойдешь ко мне? — спросил его охотник.

— Мяу, — ответил котенок и потерся об его ноги.

— Котик, — погладил его Алекс и взял на руки.

— Мяу, — снова сказало животное и заурчало, греясь в теплых ладонях.

— Что это? — услышал охотник у себя за спиной.

— Это не «что», это «кто», — ответил он, подымаясь.

— Хорошо, «кто» это? — прохладно переспросил Тони.

— Это Мурзик, — Алекс решил, что будет изображать непонимание и отпираться до последнего.

Тони скептически посмотрел сначала на друга, потом на животное. Взял его за шкирку. Котенок запищал.

— Не трогай его так, ему же больно! — взвился Алекс.

— Ой, я не хотел, — вернул котенка ему обратно в ладони Тони.

Созерцатель наклонился и внимательно рассмотрел зверя. Погладил, касаясь и рук друга тоже. Посмотрел на любимого. Ухмыльнулся.

— Нет…

— Ти, я ненавижу, когда ты говоришь мне это слово, так и знай.

— Ал, это не Мурзик.

— Нормальное кошачье имя!

— Это не кот.

— А кто же это, по-твоему?!

— Это кошка, — Тони уже распирало от смеха при взгляде на злящегося Алекса.

— А ты откуда знаешь?!

— Я все знаю! Так что это, разве что, Мурзя, — засмеялся наконец он. — Но убирать за котенком будешь ты! И кормить его тоже ты будешь!

Охотник прижал кошку к груди и, насупившись, посмотрел на Тони.

— Ну у тебя и чувство юмора, — пробурчал он.

— Уж какое есть, — усмехнулся созерцатель. — Идем, молока купим свежего твоей «добыче».

***

Вечером сытый и уставший котенок уснул у Алекса на груди.

Тони читал новости в интернет-газете, бросив ноутбук прямо на кровать.

Охотник лежал и пялился в потолок. Ухмыльнувшись, он покосился на Тони. Погладил животное и пробормотал:

— Принесу тебе крысу… Большую, страшную…

Заметив, что Тони это слышит и слегка меняется в лице, продолжил:

— Настоящего пацюка подвального…

Насладившись произведенным эффектом, закончил:

— Игрушечного.

Тони хмыкнул:

— И кто бы про чувство юмора говорил.

***

Во вторник утром после завтрака Тони, наблюдающий за тем, как Алекс возится с животным, предложил:

— Ал, хочешь, покажу тебе кое-что?

— Хочу! — отозвался охотник.

— Тогда собирайся.

Они пошли в один из парков, раскинувшийся на холмах.

— Ты ведь не сновидел наш город раньше? — спросил друга Тони.

— Нет, — отрицательно покачал головой Алекс.

— Я знаю укромное место, где мы сможем недолго посновидеть. Так же, как делали это в горах.

Через час пешего ходу — ехать в переполненном транспорте созерцатель отказался — они дошли до действительно тихого места, расположенного между холмами.

— А почему мы из дому не сновидим? — спросил Алекс.

Тони глянул на него. Ухмыльнулся:

— Чтоб в такую хорошую погоду дома не сидеть. — И уже серьезно добавил: — Так все же проще — меньше сил потратим на то, чтоб добраться сюда, и больше времени проведем во сне.

Созерцатель повторил то, что он делал в горах: раскрошил небольшую булочку. В этот раз все было тихо. Прилетела пара птиц, и мимо них никто не прошел.

— Хороший знак. Будем надеяться, нам не помешают, — тихо сказал он охотнику.

— Ти, а что было бы, если б был «плохой знак»?

— Пришлось бы уйти.

Тони уселся прямо на свой рюкзак, прислонившись к одному из деревьев. Алекс сел на свой возле соседнего.

Проснувшись в сновидении, охотник обнаружил друга совсем рядом. Созерцатель сразу взял его за руку и взмыл в воздух, подымая вместе с собой. Алекс недолго думая обнял любимого.

«Ал… Ал… Это так возбуждает… Мы же не дома», — услышал он в своем сознании голос Тони.

«Ну и пусть!»

«Летим, сердце мое».

Через несколько мгновений они были возле небольшой поляны. Охотник неплохо знал эти места. Люди в них забредали не очень часто, предпочитая ходить по асфальтированным дорожкам, но он любил там пофотографировать, когда гулял в окрестностях. Все было как наяву, кроме одного: во сне поляна не была пустой. Несколько темных живых столбов стояли на ней. От них исходило ощущение тревоги и мощи. Создания вибрировали, но не двигались с места.

«Это — духи этих мест, — прокомментировал Тони, — лучше к ним близко не подходить».

«Обалдеть…»

«Ага».

Тони спрятал себя и друга, продолжающего обнимать его, за деревом, стараясь, чтоб их не заметили.

Вскоре они проснулись.

Алекс ошеломленно посмотрел на Тони. Тот только приложил палец к губам.

Дома, когда они вдвоем забрались в душ, охотник спросил:

— Ти, как ты нашел их?

— Там раньше святилище было. Я случайно наткнулся на информацию в одной книге. Мне стало интересно проверить, почему его построили именно в том месте.

— А если бы нас заметили?

— Могли б и сожрать.

— К-как это? — оторопел Алекс.

— Все хотят кушать, — философски заметил Тони.

— Ну ничего себе…

— А ты как думал? — ухмыльнулся созерцатель и обнял друга. — Давай лучше трахаться… Хочу тебя…

— Д-да…

***

Вечером, не зажигая свет, в сумерках они сидели рядом на полу, прислонившись к стене, в комнате, которую Тони приспособил под кабинет. Алекс играл с котенком. Одна рука у него уже была изрядно поцарапана. Тони смотрел на них и понимал, что убирать за животным в большинстве случаев придется ему. И это его ни капельки не радовало.

«Пиздец покрытию», — грустно подумал он.

Но друг выглядел таким забавным, что ради этого созерцатель был готов простить ему все.

— Куда ты его денешь, когда мы уезжать будем?

— Ти, ты же мне сам идею подал…

— Какую еще идею? — насторожился Тони, — что-то я не припомню…

— Папе с мамой отнести.

— Ал, ты соображаешь, что говоришь?! Вспомни, что недавно было.

— Ну, наверное же можно как-то договориться…

— Боже мой, не видать мне спокойного отпуска, как своих ушей!

— Зато мне видать, — Алекс отвлекся от Мурзи и прикоснулся губами к мочке уха друга.

— Когда же эта нервотрепка закончится!.. Шею хоть не трогай, прошлый синяк еще не сошел.

— Не буду… Может быть…

— Убью…

— Не сможешь, я сильнее тебя…

— Наяву…

— И потом, мама так вкусно готовит…

— Так ты не только похотливое создание, ты еще и обжора, оказывается…

— Ага…

Тони ощущал легкую щекотку от дыхания Алекса на своей шее и боялся поверить в то, что он может быть так счастлив. Он сидел с закрытыми глазами и почти не дышал, словно опасаясь спугнуть исполнение своих самых тайных желаний.

— Слушай, а твои родители не будут против наших отношений? — спросил его охотник.

— Да им все равно.

— А где они сейчас?

— Отец в Голландии…

Алекс не сдержался и фыркнул.

— Да, наследственность у меня еще та, — вздохнул Тони.

— А мама?

— Мать неизвестно где, изредка из разных городов открытки присылает. Но от нее уже давно ничего не было слышно. Хобби у нее такое — приключения на свою задницу искать и открытки собирать из всех мест, в которых она побывала. Отец, в чем я очень сомневаюсь, может быть соизволит на письмо ответить, что «если все так хорошо, то когда на свадьбу приезжать?»

Алекс покраснел. Он ненавидел то, что от смущения он краснел, но поделать с этим ничего не мог.

— Он в этой своей Голландии уже лет семь как, забыл, что у нас дремучий лес в плане толерантности и соблюдения прав человека, — продолжал Тони.

Он так и не открывал глаз и не замечал смущения друга.

Охотник покраснел еще больше, но все-таки осмелился спросить:

— Ти, а если бы у нас не был «дремучий лес», ты бы…

Алекс запнулся, не зная, какие слова подобрать.

Тони открыл глаза и понял, что он только что проболтался о том, в чем и сам себе боялся признаться.

— Я бы — что, Ал? — отстраненно спросил он, глядя будто сквозь стену перед собой.

— Ну… Ох, звучит как-то по-дурацки, но по-другому ведь не скажешь…

Повисла неловкая пауза, которую никак не получалось прервать.

— Ты хочешь спросить меня, хотел бы я оформить наши отношения по закону, жить в браке с тобой, если бы это было возможно в нашей стране? — все так же отстраненно и медленно проговорил наконец Тони.

— Да, — кивнул Алекс, удивляясь тому, как созерцателю удалось подобрать такие слова.

Охотника бросало то в жар, то в холод, и душа опять почему-то уходила в пятки.

— Да, я бы этого хотел, — тихо и спокойно сказал Тони. — А ты?

Алекс еще раз кивнул и с трудом поднял голову, встречаясь с взглядом любимого. Казалось, что Тони смотрит сейчас ему прямо в сердце.

— Да, — ответил он.

Охотник обнял друга и ощутил, что несмотря на невозмутимое лицо и голос, того трясло мелкой дрожью. Теперь уже Алекс прижал голову возлюбленного к своему плечу и успокаивающе гладил его по спине, пока наконец не почувствовал, что Тони понемногу расслабляется.

— Мяу, — сказал котенок и надул лужу.

========== Я не могу один ==========

В среду утром Алекс сидел с котенком на руках и пытался допить утренний кофе. Животное смирно сидеть не желало, царапалось и норовило заняться любимым кошачьим делом — исследовать территорию.

— Ну хоть на стол ее не пускай, — брезгливо поморщился Тони.

Алекс старался удержать котенка, но это у него получалось плохо. От каждого «мяу» он разжимал руки, и кошка тут же возобновляла свои попытки изучить поверхность стола.

— Знаешь, Ти, я тут подумал…

— Ну надо же, прогресс!

— Да лан, кончай издеваться. Так вот, не хочу я родителям Мурзю отдавать на то время, пока мы в отъезде будем.

— Жрать в гостях тоже особо не стоит.

— Думаешь?

— Думаю.

— Эх, у меня мама такие вкусные котлеты делает. От одного запаха слюнки текут. Тебя, небось, котлетами в детстве не кормили, ты не понимаешь.

Тони встал, взял стул и подсел к Алексу:

— Подвинься.

— Тут же места мало совсем.

— Ничего, как-нибудь поместимся.

Котенок наконец вырвался из рук охотника и убежал. Скорее всего испортить что-то, раз уж сбросить чашки или хотя бы печенье на пол не получилось.

Тони обнял друга, взъерошил его волосы.

— Все я понимаю, Ал, — грустно сказал он, — у каждого свои «котлеты». У меня вот коньки.

— Это как?

— Коньки мне как-то родители подарили. Недалеко от дома пруд был, он на зиму замерзал. Я там часто катался. Хорошо мне тогда было. Долго хранил потом их… Потому и жрать не стоит. По крайней мере пока.

— Пока это так…

— Угу…

— Но пойти придется, — вздохнул Алекс, — я фотик забрать хочу свой и шмотки еще.

— Ты фотографируешь?

— И рисую… Немного… А ты?

— Что, я? — отрешенно спросил Тони.

— Ну, фотографируешь или еще чем-то таким занимаешься?

Созерцатель покраснел.

— Значит занимаешься, — понял Алекс. — Колись, давай, чем на досуге балуешься, — пихнул он друга в бок.

— Вот во все-то вы, охотники, норовите засунуть свой длинный нос, — коснулся Тони лица любимого.

— Ты меня не отвлекай. Нос ему не нравится, — отмахнулся от него охотник.

— Нравится… — шепнул Тони и поцеловал его в кончик носа.

— Ну скажи, интересно же! — обнял его Алекс.

— Стихи пишу.

— А почитать дашь?

— После того, как ты свои рисунки покажешь.

— Ладно, заберу парочку от родителей — покажу.

— Хочу все… — уткнулся Тони Алексу в плечо.

— Только в обмен на все стихи!

— Вымогатель…

— Кто бы говорил.

***

После завтрака Алекс, встав из-за стола, тяжко вздохнул.

— Надо идти за фотиком.

— Я пока поесть приготовлю, а то мы опять все сожрали, — ответил ему Тони.

— Ти? — голос охотника дрогнул.

— Да? — посмотрел на друга созерцатель.

— Я… Можешь со мной пойти, а? Я… Я не могу один…

Тони сочувственно посмотрел на любимого. Когда они собрались, молча подал тому рюкзак.

Через двадцать минут парни были около дома Алекса.

Охотник дрожащими руками открыл своим ключом дверь в квартиру родителей.

Отца дома не было. Алекс не выдержал и вздохнул с облегчением, заметив это. В доме опять очень вкусно пахло. Это действительно было «так»… Он чуть позорно не заревел опять. Но все же сдержался и попытался изобразить независимый вид.

— Обедать будете? — заглянула в комнату сына Ирина.

Она покосилась на Тони, устроившегося в углу на постели друга. Созерцатель листал книгу. Ту самую, которую охотник зашвырнул в угол всего несколько дней назад в порыве злости, да так и оставил ее там валяться. Видеть парня рядом с сыном было очень, очень непривычно. Нет, конечно, у Алекса были приятели, которые заходили в гости к нему, некоторые тоже запросто усаживались на кушетку, но вот так… Знать, что этот человек внезапно стал настолько близким для ее сына, было невыносимо.

— Спасибо, мама, — ответил охотник, — но, наверное, не в этот раз.

Он еще раз проверил, все ли на месте. К счастью, сумку со всем необходимым для фото Алекс держал в порядке и собирать по углам хотя бы это не пришлось. Взял домашнюю одежду, запихал ее комом в рюкзак, сгреб в ванной свои вещи и побросал их туда же. Почему-то подумал, что Тони непременно бы все тщательно разложил по пакетам.

Когда за ними закрылась дверь, женщина не выдержала и горько заплакала.

Вечером она сказала мужу:

— Леша сегодня заходил.

— Недолго же он без мамы с папой продержался, — злобно прошипел Владислав.

— Он за вещами приходил. Даже пообедать они не остались.

— Они?!

— Он с… — она замялась, не зная как сказать о Тони. — С… парнем приходил.

— С этим… Как его там?.. — отец глянул на бумагу, оставленную созерцателем. Листок все еще лежал на кухне, на микроволновке, — с Антоном?

— Да.

Мужчина сжал зубы, вынул свой телефон и занес в него номер Тони. Этот мудак у него еще свое получит.

***

Перед сном Тони снова предложил посновидеть:

— Хочешь, на «наше» место посмотрим?

— Хочу, конечно!

— Только проснись в кабинете. Чтоб котенка не потревожить.

— Хорошо… — сказал, засыпая, Алекс.

Охотник обнаружил любимого и в этой комнате сидящим на подоконнике. Не долго думая, обнял.

Они полетели в парк к месту, на котором признались друг другу в любви неделю назад.

«О, и тут лавочка!» — улыбнулся Алекс.

«Да… Ал, смотри!»

«Куда?»

«Там, где ручеек вытекает, видишь?»

«Ой… Там странное что-то…»

«Давай подлетим, посмотрим… Только аккуратно!»

Возле истока маленького ручья пространство будто искажалось. Когда они подлетели совсем близко, Алекс потянулся чувствами к месту…

Окружающая их обстановка внезапно изменилась. Они обнаружили себя на улице совсем в другой части города.

«Я же говорил, аккуратно! А ты куда полез?!» — рассердился Тони.

«Я нечаянно», — смутился Алекс.

«Скажи спасибо, что это всего лишь переход в другое место оказался, — проворчал созерцатель, — больше так не делай!»

«Не буду», — виновато ответил охотник.

Пока Тони делал внушение неосторожному другу, они опустились на землю. Алекс выпустил созерцателя из объятий и стоял, выслушивая очередной втык. Вдруг перед ними возникли два существа: девочка и кошка. Созерцатель первым заметил, что они уже не одни стоят посреди пустынной ночной улицы.

— Кто вы? — спросил Тони.

— Мы посланники. У нас есть для вас кое-что.

Девочка протянула руку. В ней Алекс заметил голубой светящийся сгусток энергии.

— Это чтобы лучше видеть, — прошелестела кошка.

Тони внимательно посмотрел на них. Опасности существа вроде как не представляли. Он осторожно взял подарок.

— Спасибо, — вежливо поклонился.

— Пожалуйста. Это только для тебя. Для твоего друга он бесполезен, — тихо ответила девочка и исчезла.

Следом за ней исчезла и кошка.

Удивлению охотника не было предела, когда друг сжал пальцы, и энергия будто рассосалась в его руке.

«Просыпаемся», — сказал Тони.

— Что это было? — едва проснувшись, спросил Алекс.

— Они редко так делают… — пробормотал созерцатель. Глянул на любимого: — Дар Силы, Ал.

— Почему?

— Не знаю, Ал. И мне это не нравится. Как бы это нам еще не аукнулось. Идем в душ.

Алекс не мог уснуть после секса. Тони, свернувшись и отвернувшись от него, уже спал, а он вспоминал все происшедшее за последнюю неделю. Его жизнь внезапно и очень резко изменилась. Другой дом, новые дела и обязанности. Родители… Вспоминая свой поход за фотоаппаратом и за вещами к ним, он поежился и чуть не заревел опять. К счастью, этого уже никто не мог сейчас увидеть. Он очень старался не показывать свои переживания. Тони и так изо всех сил помогал ему привыкнуть жить самостоятельно. Хоть с работой вопрос решил. Пусть платить ему будут немного, но денег у родителей он больше не возьмет. И любимого объедать не будет. Тони был готов поделиться всем, что имел. Просто сказать «на» и протянуть еду, дать чистую одежду, купить все необходимое в магазине — обычное для него поведение. Смотрит своими черными глазищами и отдает… Когда Алекс тихо сказал, что ему сейчас заплатить нечем, в ответ получил спокойное: «Потом отдашь, как сможешь. У меня пока хватает и для нас обоих».

***

Часов в десять утра на следующий день Тони позвонил учителю. Рассказал ему о происшедшем.

— Чтобы лучше видеть? — переспросил маг.

— Да.

— Вопрос в том, что именно видеть… Ладно, отдыхайте. Посмотрим, как будут разворачиваться события.

После завтрака Алекс, вооружившись любимым фотоаппаратом, и Тони, по-прежнему пребывающий в блаженном отпускном забытьи, снова пошли в парк к «их» месту.

— Опять русло камнями завалили, — недовольно пробормотал созерцатель, осматривая ручеек, который они видели сегодня ночью во сне.

— Жаба! — радостно воскликнул Алекс.

Он присел и начал пытаться ее сфотографировать и при этом не испачкаться.

— Вот-вот, уже как в болоте, жабы завелись, — прокомментировал Тони.

— Жаба хорошая, — наивно возразил охотник, весь ушедший в процесс поиска фотогеничного ракурса лягушки. — И вода чистая, раз жабы есть, — пробормотал он.

— Да? Я не знал, — удивился Тони.

Созерцатель хмыкнул и пошел вверх по течению ручейка. Он увидел, что источник еле-еле пробивается из-под камней, которыми кто-то завалил и выемку, из которой бил ключ. Тони присел и занялся расчисткой.

Удовлетворившись запечатлением жабы, Алекс отправился на поиски другой местной фауны. Он видел белку, дятла и неизвестную мелкую птичку.

Созерцатель, злобно шипя ругательства, что-то выковыривал из источника.

— И долго ты там еще плескаться собираешься? — поинтересовался у него охотник, вернувшийся со своих поисков.

— Да, блядь, засунули пробку в самое жерло источника, — процедил сквозь зубы Тони, — это ж какое-то дитё малое, небось, сидело и ее туда запихивало. Никак вытащить не могу. Родители хреновы. Научить своих детей бережному отношению к тому, что их окружает, не могут. Зато обклеить почти все фонарные столбы нашлепками с надписью «Гомосексуалисты не могут иметь детей» — это они умеют.

Алекс присел напротив. Ему хотелось обнять друга. Но они были в парке, и вокруг — люди. Он опустил руку в воду и погладил Тони по руке, чтоб хоть как-то проявить свои чувства.

Тони отвлекся и грустно посмотрел на Алекса. Опустил голову и продолжил вытаскивать пробку. Наконец ему это удалось. Источник сразу забил маленьким фонтанчиком. Созерцатель осмотрел извлеченный «артефакт» и пошел к ближайшей урне.

========== Я тебе что-то принес ==========

В пятницу невыносимая жара наконец-то спала и августовский день был уже по-осеннему теплым и солнечным.

— Ти?

— Чего тебе?

— Можно я сегодня с тобой в магазин не пойду? Ну пожалуйста…

Алекс изобразил очень жалобный вид, нажимая на уже известные ему «кнопки управления» другом. Тони оторвался от созерцания какой-то интернет-чепухи и покосился на разыгрывающего очередную комедию охотника. Тот устроил бардак прямо на полу, разбросав кучу бумаг, исчерканных и исписанных всякими глупостями. Посреди этого всего восседал котенок, готовясь надуть очередную лужу. Приучение к хорошему поведению шло медленно.

— Ладно уж. Так и быть, избавлю тебя сегодня от «магазинного рабства», — вздохнул он, делая вид, что верит нытью любимого. — А себя избавлю от поедания какой-нибудь очередной просроченной гадости.

— Зато я не копаюсь по полчаса у каждой полки, изучая этикетки. Такое впечатление, что ты романы читаешь. Оно же все одинаковое!

— Я еще и общую сумму подсчитываю в процессе, — усмехнулся созерцатель.

— Маньяк аутичный.

— Свалку эту убери к моему возвращению, будь добр.

Когда входная дверь захлопнулась за созерцателем, Алекс повалялся еще какое-то время посреди разведенного им беспорядка. Почувствовав, что ему стало скучно, кое-как сгреб в кучу бумаги, отпихнул их в угол комнаты, погладил котенка и решил, что в такую хорошую погоду совершенно ни к чему сидеть дома. Переоделся, цапнул на кухне конфету, съел ее, сунул фантик в карман джинсов и сбежал по лестнице вниз.

На выходе он столкнулся с маленьким мальчиком, несшимся прямо на него. Он успел присесть и подхватить ребенка на руки.

— Привет, — улыбнулся он.

На вид малышу было не больше трех лет. Он опешил и смотрел на большого дядю, поставившего его на землю и оставшегося сидеть перед ним на корточках.

— Хочешь птичку? — спросил его Алекс.

Не дожидаясь ответа, вытащил из заднего кармана фантик и сделал маленького журавлика.

— Держи, — вручил он игрушку ребенку. — Любишь птичек?

Мальчик взял подарок и замер в поиске ответа.

— А я их поранить даже могу! — с некоторой гордостью и неуверенностью заявил он Алексу.

— Ты же больно им сделаешь.

— Ну и что? Пусть им больно будет!

— А если тебе сделать больно, как ты птичке сделаешь?

Малыш снова задумался.

— А мне никто больно сделать не может! У меня мама есть!

Алексу стало почему-то очень грустно. Он отчаянно позавидовал ребенку и не мог даже найтись, что ответить.

Охотник поднялся и увидел молодую женщину, подходящую к подъезду. Мальчик побежал к ней, хвастаясь журавликом.

— Здравствуйте, — обратилась к нему девушка.

— Здравствуйте, — ответил ей Алекс, все еще несколько растерянный.

— Я вас здесь раньше не встречала, — задумчиво осмотрела его она.

— А я здесь недавно живу, — охотник наконец пришел в себя и улыбнулся ей.

— А на каком этаже?

— На последнем.

— Так там же всего две квартиры? — удивилась женщина. — Я тоже на последнем живу. А напротив живет такой серьезный парень с грустными глазами. Он что, уехал?

— Нет, — ответил Алекс.

Соседка настороженно посмотрела на парня. Отступила на шаг. Инстинктивно прижала ребенка к себе.

— О… Никогда бы не подумала… — пробормотала она.

— Алексей. Можно Алекс, — представился охотник.

— Светлана. Мой сын — Матвей.

— Приятно познакомиться, — улыбнулся Алекс.

Тони возвращался из магазина, мечтательно оглядываясь по сторонам. Рассматривая порхающих над клумбами бабочек, он обдумывал свою какую-то очередную мысль, которую никак не мог ухватить. Идея вертелась на краю сознания и упорно избегала прямого взгляда.

Созерцатель уже подходил к дому, когда посмотрел в сторону подъезда. Его Алекс, его любимый, ненаглядный охотник улыбался своей чарующей открытой улыбкой какой-то девушке и о чем-то мило беседовал с ней. Кажется, это была соседка из квартиры напротив, но он никогда не стремился познакомиться с соседями и только в лицо помнил некоторых.

Кровь бросилась ему в голову.

«Черт, кажется, я его ревную», — отстраненно подумал он.

Сдерживая бешенство, он напустил на себя отрешенно-спокойный вид и подошел к ним.

Алекс обернулся к нему и радостно поприветствовал:

— Тони!

— Здравствуйте, — обратился Тони к соседке. — Идешь гулять? — спокойно спросил он друга.

— Нет, я передумал. Идем домой, — все так же открыто и радостно ответил охотник.

— Давайте, я вам помогу, — обратился Алекс к девушке.

Та отдала ему свои сумки с продуктами, и они пошли все вместе на последний этаж. Малыш убежал вперед. Время от времени он сбегал вниз и торопил взрослых.

Тони плелся последним, уставившись под ноги. Сначала он считал ступеньки, пытаясь успокоиться, потом сбился и просто шел, слушая, как охотник несет какую-то чушь о погоде и бумажных журавликах.

«Поклонник оригами хренов», — думал созерцатель.

Настроение его упало ниже плинтуса, и усталость накатила тяжелой волной.

Когда они закрыли за собой дверь в квартиру, Тони молча пошел на кухню и начал вытаскивать продукты из пакета, складывая их на тумбу. Алекс шмякнулся на стул и радостно объявил:

— Ну вот, теперь я, кажется, знаю, кого я буду просить присмотреть за котенком, когда мы уезжать будем куда-нибудь!

Он глянул на Тони и хмыкнул.

— Серьезный парень с грустными глазами. Это она тебя так назвала.

Тони поднял голову и посмотрел на Алекса.

— Ти, ты чего? Блин, а ведь и вправду глаза грустные.

Тони молчал, не в силах сказать, что с ним.

— Да что с тобой? — Алекс поднялся и подошел к нему.

Обнял любимого.

— Ти, если ты мне не скажешь, я не смогу тебя понять. Что случилось? — он прижал его к себе.

— Ал, ты знаешь, что перед твоей улыбкой девушки штабелями падают?.. И я заодно с ними… — наконец проговорил созерцатель.

— Знаю, — серьезно сказал Алекс.

— Ти, нам жить рядом с этими людьми, — продолжил он, — и я, как и ты, не хочу вздрагивать каждый раз, когда мы вместе будем выходить из дому, сталкиваться с ними в подъезде, на улице. Поэтому я и дальше буду улыбаться и договариваться с ними, раз уж ты этого делать не умеешь, «серьезный парень с грустными глазами». Не хочу, чтоб от нас шарахались и прятали от нас своих детей за спину.

Тут до Алекса наконец дошло:

— Ты приревновал меня, что ли?

Тони кивнул. Помолчал и спросил:

— Ты и мне улыбаешься намеренно?

— Нет, — вздохнул Алекс, — с тобой оно у меня само так получается. И с детьми. И с животными.

Он поднял голову Тони за подбородок и посмотрел ему в глаза:

— Я люблю тебя и не собираюсь тебе изменять ни с девушками, ни с парнями.

— Ты очень дорог мне. И я так никого не ревновал, — признался Тони. — Люблю тебя, — сказал он, обнимая охотника, — и тоже не собираюсь тебе изменять ни с кем.

Алекс сжал Тони в объятиях, коснулся губами его шеи в месте, которое он так любил целовать с самого первого их поцелуя. Несмотря на все протесты Тони, он каждый раз чувствовал, как тот дрожит даже от его дыхания. И это было так приятно ощущать.

— Я просто хочу, чтоб у нас были друзья, — сказал охотник.

Созерцатель, все еще напряженный, молчал. Наконец произнес:

— Я так боюсь потерять тебя…

— Если уж я не потерялся после твоего объяснения в наше первое утро в лесу, рассказал о нас своим родителям, то с какой стати мне теперь это делать? Я не хочу никуда «теряться» и тебя тоже потерять не хочу и боюсь, — ответил Алекс.

— Об этом я не подумал…

— Ти…

— Что?

— Давай хоть как-то оформим наши отношения. Ну, не прямо сейчас, а где-то через год.

Тони ошарашенно посмотрел на друга.

— Как это понимать? Ты мне предложение делаешь, что ли?

Алекс какое-то время молчал, тоже осознавая, что он сказал. «Как он находит слова?» — удивился он.

— Наверное, это можно и так назвать. Так что да, делаю. Могу встать на колено, — улыбнулся охотник.

— Боже мой, не надо, не надо передо мной на колено. Этого еще не хватало, — пробормотал Тони, краснея. — Но… Но как же мы это сделаем, если у нас в стране нет такой возможности?

— У нас нет, а в других странах есть.

— У нас такое не признают.

— Пока, к сожалению, да, — вздохнул Алекс. — Но ведь это лучше, чем ничего, правда?

— Правда, — прошептал Тони.

— Так как?

— Я… О, Господи… — созерцатель, все еще растерянный, молчал какое-то время. — Я согласен.

Реализуя свою очередную идею, только что пришедшую ему в голову, Алекс плотнее прижал к себе друга и теснил его к столу.

— Хочу тебя… Сейчас… Здесь… И отдаться хочу, всего хочу…

— На столе?!

— Ну ты прям, как маленький. Что, на столе не трахался никогда, что ли?

— Представь себе, нет. Я как-то привык в постели таким заниматься, — смутился Тони.

— Все когда-нибудь случается впервые, — ухмыльнулся Алекс, возвращая слова, сказанные ему любимым, казалось, вечность назад на этой же самой кухне.

Когда охотник принес из спальни смазку, он растерянно сказал другу:

— Презервативы закончились.

— Ты же сказал, что изменять не будешь. И я тоже не собираюсь. Можем попробовать и без них, если хочешь. Я здоров, — серьезно сказал Тони.

— Я тоже здоров, — покраснел Алекс. — А тебе неприятно не будет, если я… Ну… Кончу в тебя? — смутился и еще больше покраснел он.

— Нет, — прошептал Тони, — а тебе?

— Нет… — охотник помолчал, а потом все же спросил: — Ти?

— Да?

— Почему ты тогда утром в лесу драться не стал после того, как я тебя ударил?

— Ал, ты действительно сильнее меня. К тому же, наша драка вполне могла закончиться сексом. А я тогда этого не хотел.

— Ты боялся, что я тебя изнасилую?.. Ну, тогда, в наше первое утро в лесу…

Тони тяжело вздохнул:

— Да.

— А я тогда пожалел сильно, что не сдержался. И если бы ты попытался меня ударить в ответ, поймал бы тебя и попросил прощения.

Алекс обнял любимого. Прижал к себе, погладил по голове и сказал:

— Вот так бы попросил.

У Тони защемило в груди. Он не ожидал такой нежности от друга.

— Ал…

— Я, может, и импульсивный, но что такое «нет» в сексе, я понимаю.

— Я тебе верю, — почти беззвучно ответил ему созерцатель.

Тони положил голову на плечо другу, прижался к нему сам.

— Я тебя очень люблю, — голос у Алекса дрогнул, — и когда ты отдаешься мне — для меня это большое счастье.

— И я тебя тоже очень люблю, — только и смог прошептать созерцатель в ответ.

— Ты согласен быть моим? — спросил его Алекс, бережно целуя.

— Да, Ал… Да…

***

Вечером Тони засел за сочинительство, потому что у него прорезалось вдохновение, и нужно было срочно записать все, что крутилось в голове и не давало покоя. Алекс, видя, что друга тормошить бесполезно, пошел прогуляться. Он бродил по пустынным улицам в другом районе. С родителями он жил не очень далеко от дома Тони, а теперь и его дома тоже, но дойдя до мест, в которых привык гулять раньше, охотник развернулся и пошел обратно.

На обратном пути, проходя мимо рынка, он заметил несколько человек, привезших цветы со своих дач вечерней электричкой. Улыбнулся, вспомнив, как Тони поддел его: «Думаешь, я не смогу тебе такое подарить? Посмотрим, сможешь ли ты принять подарок».

Увидел красную розу — небольшую, уже распустившуюся.

«То, что надо», — решил он и купил ее.

Пришел домой. В квартире было уже совсем темно, только светился экран монитора. Включить свет Тони не удосужился. Алекс не очень любил темноту, в отличие от созерцателя, но сейчас не стал щелкать выключателем. Тихо подошел к ничего не замечающему другу. Тот сгорбился и сидел, скрестив ноги, на полу за ноутбуком.

Охотник наклонился и шепнул:

— Я тебе что-то принес.

Тони вздрогнул. Обернулся. И увидел едва различимый в темноте цветок. Сердце у него сжалось, и ком подступил к горлу. Он взял протянутую розу. Вдохнул аромат и наконец смог произнести:

— Спасибо…

***

На следующее утро, допивая утренний кофе, Тони смотрел на цветок, который пришлось поставить в простую стеклянную банку. Вазы у него не было.

— Что ты его, гипнотизируешь, что ли? — засмеялся Алекс.

Созерцатель глянул на охотника. После душа тот выглядел таким свежим и красивым, что хотелось зарыться в него, запустить пальцы в светлые густые волосы, погладить… Как шерстку…

«Хм… А ведь ты и вправду похож на кролика, недаром так его вспоминаешь…», — подумал он и мечтательно улыбнулся.

— Чему это ты так улыбаешься? Я уже такое видел. Ты что задумал?

— Не скажу, — ухмыльнулся Тони.

— Ну скажи!

— Не-а.

Созерцатель поднялся из-за стола и пошел одеваться.

— Ты куда? — спросил охотник.

Он почему-то вспомнил эпизод, когда друг ушел в лес после его обидных слов.

«Совсем как когда-то, в лесу», — тоже подумал Тони.

Только в этот раз он обернулся и тепло ответил:

— Я ненадолго. Подожди меня, пожалуйста, не уходи никуда. Хорошо?

— Ладно уж, подожду. Я тогда, в лесу, волновался за тебя, когда ты ушел, кто знает куда. От меня.

— Я думал, тебе все равно было…

Алекс вздохнул:

— Нет, не все равно…

— Я скоро вернусь, обещаю.

Тони сдержал свое обещание и вернулся меньше, чем через час. Охотник так и сидел на кухне и рисовал.

— Я тебе тоже что-то принес, — подошел к нему созерцатель.

Алекс обернулся и увидел, что Тони протягивает ему игрушку. Маленького белого кролика. У охотника перехватило дыхание.

— Спасибо, — сглотнув, тихо сказал он и взял подарок.

Встал и обнял друга. Тони зарылся в него, вдыхая любимый запах. Совсем тихо, почти только одними губами прошептал на ухо:

— Кролик мой, заинька… Так люблю тебя…

Алекс чуть не задохнулся от смущения и нежности. Покраснел. «Точно, кролик», — подумал он, чувствуя, как горят даже уши.

— Родной…

Тони не помнил, чтоб его кто-то родным называл. «Сдохну сейчас от разрыва сердца», — пронеслось у него в голове. Чувствуя, что вот-вот опять разрыдается от избытка чувств, он прикрыл глаза и целовал любимого. Долго, намного дольше, чем в их первую ночь, когда уже не нужно было спешить никуда и нечего было бояться.

Охотник прервал поцелуй, чтоб отдышаться немного. Посмотрел затуманенными глазами на Тони.

Созерцатель смотрел на Алекса, немного прикрыв глаза, все еще сдерживаясь, чтоб не разреветься. «Ну ты и скотина, учитель. Знал, куда бить», — почему-то вспомнил он Тедди. Осознание одиночества, в котором он прожил так много лет, накрыло его дикой болью.

Охотник не мог оторвать взгляд от любимого. «Что ж ты, сволочь, творишь?.. Я ж и так втрескался в тебя по самые уши… Кроличьи, как пить дать. Гад ты такой, змеюка. Глаз от тебя оторвать не могу… Как кролик, все так и есть…»

Тони снова потянулся к губам возлюбленного. А Алекс внезапно вспомнил об одном своем желании. Он очень стеснялся предложить первым другу попробовать это, но созерцатель, будучи в некоторых случаях, как оказалось, куда развратней охотника, хоть и дразнил того похотливым созданием, почему-то кое-что обходил стороной. А хотелось, чем дальше, тем больше. Особенно после того, как Тони однажды с совершенно непроницаемым лицом в ответ на продолжающиеся расспросы любимого, где же конкретно созерцатель почерпнул отдельные свои познания, все же дал ему пару интернет-адресов с соответствующим «обучающим материалом». Алекс очень смущался, но иногда, таясь от друга, смотрел и запоминал то, что ему понравилось и хотелось бы воплотить в жизнь. Охотник приободрился и улыбнулся: «Это мы еще посмотрим, кто тут чья добыча…»

Тони заметил его улыбку и вопросительно посмотрел на Алекса.

— Хочу тебя, — сказал охотник, — как ты говоришь, попробовать…

Созерцатель, во многом все еще поглощенный своими переживаниями, непонимающе смотрел на друга.

— Римминг, — шепнул Алекс ему на ушко, — знаешь такое слово, правда? Ты же у нас все знаешь…

Тони вспыхнул.

«Знаешь. Тоже аж уши покраснели», — удовлетворенно отметил охотник.

— Хорошо, — пробормотал созерцатель, — только…

— Что?

— Душ прими еще раз, а?

«Так вот оно что, — догадался Алекс, — а вроде ж уже не похоже было, что ты переживаешь по этому поводу…»

— Приму, несчастье брезгливое ты моё… — Чувствуя, как страсть застилает ему глаза, угрожающе прошипел: — Я тебя до полусмерти затрахаю…

— Да… Отомсти мне за «кролика», — чуть ли не мурлыкнул Тони.

Охотник заметил это. Вспомнил, как когда-то не сдержался, а друг, оказывается, втайне только и хотел, чтоб его облапали, да еще и на людях, чего он обычно боялся. «Больше я на такое не поведусь», — выдохнул Алекс и ухмыльнулся.

— Я весь твой, — шепнул он на ушко любимому и дружески похлопал того по спине, вспоминая как его утешал Тони после того, как Тедди очень вовремя помог своему ученику не оказаться-таки зажатым в углу и затисканным до синяков, причем, вероятнее всего, опять на шее.

— И если мне все понравится, может и отомщу… Если хорошо попросишь! — уже не мог сдержать смех он.

Созерцатель, ошалев от такого, посмотрел на него:

— Ну ты и гад!

— У меня такой замечательный учитель. Змей, каких еще поискать, — прошептал охотник.

Поцеловал любимого и ушел в ванную. Тони пошел за ним, но когда нажал на ручку двери, то обнаружил, что Алекс запер за собой дверь.

«Вот же научил на свою голову», — улыбнулся он.

Когда они, уставшие, наконец растянулись на кровати, охотник, совершенно обалдевший от полученных впечатлений и удовольствия, пялился в потолок.

— Я твой портрет рисовал, — зачем-то сказал он.

— А я тебе стихи писал, — тихо ответил Тони.

Он лежал с закрытыми глазами и думал, что так не бывает, не с ним. Но ощущения в теле упрямо подсказывали ему: бывает. С ним.

— Наверное, со стороны это выглядит глупо… — пробормотал Алекс.

— Плевать… Рисунок покажешь?

— Покажу. А ты стихи дашь почитать?

— Дам.

Охотник глянул на любимого. Тихо сказал:

— Мы можем уехать. Не только ради того, чтоб расписаться и вернуться сюда, а насовсем.

Тони посмотрел на друга.

— Ох, Ал…

— Ты не хочешь?

— Это очень непросто… Но, боюсь, недолго нам относительно спокойной жизни радоваться. Не выходит у меня из головы подарок духов. Они ничего не делают просто так.

========== Ты – мой единственный ==========

Возвращаясь в четверг с прогулки под моросящим дождем, мокрые и счастливые, они о чем-то спорили. При входе в дом увидели соседку с сыном.

— Алекс, птичка! — радостно закричал мальчик.

— Привет, — улыбнулся ему Алекс.

Они поздоровались со Светланой и все вместе поднялись домой.

— Хочу еще птичку!

— Заходите в гости, если хотите, — пригласил их Тони.

— Мама, я сейчас хочу!

Девушка смутилась.

— Можно к вам зайти? — спросила она.

— Можно, — вздохнул Тони, посмотрев на Алекса, глаза которого явно загорелись очередной идеей, но приглашать сам кого-то в гости он пока не решался.

— Хорошо, мы тогда только вещи положим и придем, — ответила она.

Через полчаса Алекс ползал на коленках вместе с мальчишкой в комнате, делая из бумаги журавликов, жирафов, лягушек и прочих созданий, образы которых приходили ему в голову.

Тони поил кофе соседку. Девушка время от времени поглядывала через открытые двери и коридор на сына, играющего с охотником.

Мурзя, проспавшая начало такого действа, наконец прибежала к Алексу, мяукая, словно жалуясь, что ее не позвали.

— Киса! — мальчик потянулся к ней и неосторожно сдавил.

Котенок запищал от боли.

— Дай сюда, — вытащил Алекс животное из рук ребенка.

— Хочу кису!

— Не трогай, ты ей больно делаешь, — охотник прижал любимицу к груди, гладя и проверяя, не повредил ли малыш ей что-то.

— Ну и что! Все равно хочу!

— Это мое, — ответил ему Алекс.

— Дай! Ты же такой добрый!

— Вот потому что добрый, потому и не дам. Как твоя мама не дает в обиду тебя никому. И я не дам своего котенка в обиду.

Мальчик притих.

— Никому-никому? — покосился он в сторону кухни.

— Никому-никому, — тихо и серьезно подтвердил Алекс.

Он отпустил котенка, который тут же начал играть с бумажными зверушками.

Охотник сделал очередное создание и вручил его малышу, рассказывая то, что приходило ему в голову о том, как бы эта животинка могла жить, что есть и как себя вести.

А Тони, увидев Мурзю, вспомнил, что Алекс хотел попросить соседку за ней присмотреть.

— Знаете, у Алекса насчет вас очень коварные планы, — улыбнулся он девушке.

— Какие? — растерялась она.

— У нас работа такая, что уезжать иногда приходится, — вздохнул Тони, — а оставить котенка не на кого. Могли ли бы мы попросить вас покормить его в то время, пока мы будем в отъезде?

Та рассмеялась.

— Конечно, я присмотрю за ним, мне не сложно.

Алекс, услышав смех, посмотрел в сторону кухни и увидел улыбающегося Тони и ответную улыбку соседки.

«Надо же, ведь, оказывается, можешь, когда захочешь!» — подумал охотник, глядя на то, как друг общается с девушкой.

Созерцатель заметил, что любимый смотрит на него, повернул голову и какое-то время не мог оторвать взгляд от него.

— Вы так смотрите друг на друга, — заметила девушка.

— О, простите, — смутился Тони от такой невежливости.

Когда мальчик устал и наконец наигрался, гости ушли.

Закрыв дверь, созерцатель обернулся к Алексу:

— Я попросил её присмотреть за Мурзей.

— Я заметил. У тебя хорошо получилось, — сказал охотник.

— Спасибо, — улыбнулся Тони.

***

На следующее утро выспавшийся Алекс потянулся в кровати. Тони тоже уже проснулся. Охотник глянул на него и решил пошутить, вспомнив, как друг на третий день их совместной жизни отправил его готовить завтрак.

— Кофе хочу! В постель.

У созерцателя глаза на лоб полезли. Ведь именно он и так варил всегда кофе обоим.

— А морда не треснет?

Охотник, сполна насладившись реакцией любимого, улыбнулся:

— Тебе сделать, чудо ты мое.

Тони выдохнул.

— Ну и шуточки у тебя.

— Страшная месть за отправку меня готовить, — ухмыльнулся Алекс, — и кофе я варить умею тоже не очень хорошо.

— Я согласен и на плохой кофе, — пробормотал, смутившись, созерцатель, — лишь бы от тебя.

Попробовав то, что он сделал, охотник отставил чашку на прикроватную тумбочку. С тем, что делал Тони, это варево не имело ничего общего, кроме запаха. Он потянулся к любимому, запустил руку под простыню и начал ласкать его.

— Дай хоть допью, — поперхнулся Тони.

— Да ладно, все равно ведь гадость получилась изрядная, — фыркнул Алекс.

— Не все так плохо, — попытался утешить его созерцатель, все же тоже поставив чашку на свою тумбочку.

— Я так хотел тебя видеть… Всего… Еще с тех пор, как ты ко мне прижался в лесу, — прошептал охотник, стаскивая простыню с любимого.

— Я заметил, — ухмыльнулся Тони. — Ты почти сразу норовил мне в штаны залезть… Я тоже хотел тебя видеть всего.

— А еще я боялся, что мне не понравится то, что я увижу, — пробормотал Алекс.

— И я боялся, — вздохнул созерцатель.

— Но мне все понравилось…

Охотник подмял друга под себя и целовал в любимое место на шее. Терся своим напрягшимся членом о так же налившийся член друга и заводился все больше.

— И мне все тоже понравилось, — простонал Тони.

— Ты меня все же шокировал, когда из душа голышом вышел, — шептал, касаясь губами уха возлюбленного, Алекс.

— Чем? — удивился созерцатель, — я думал, мужское тело достаточно привычно видеть. Да и в горах мы вместе купались.

— Это было так… Откровенно и однозначно…

— Я не специально… Просто очень хотел тебя… — смутился Тони.

— Я заметил, — хмыкнул охотник. — И ты там все побрил…

— Ты же теперь уже тоже, — покраснел созерцатель.

— Чтоб тебе было так же приятно, как мне, целовать там…

— Хочешь сейчас?

— Хочу…

— Как насчет взаимности? — предложил, еще больше краснея, Тони.

Алекс отвлекся от шеи любимого, тоже покраснел и тихо сказал:

— Надеюсь, это будет получше, чем сваренный мною кофе…

— Не знаю, — улыбнулся ему друг, — сейчас и проверим…

Созерцатель выбрался из-под любимого и мягко толкнул его, показывая, чтоб тот повернулся на бок, а сам перелег так, чтоб им было удобно ласкать друг друга.

Когда они кончили и поцеловались после этого, Алекс шепнул:

— Это было намного лучше, чем мой кофе…

— Ага…

— Предлагаю после завтрака повторить… Только кофе все-таки сваришь ты.

— Хорошо, — засмеялся Тони.

***

Выбравшись часам к двенадцати из постели, они пошли гулять в парк. Под ногами уже шелестели начинающие опадать листья, а белки вовсю закапывали орехи. Желающих покормить грызунов было предостаточно.

Парни гуляли по дорожкам, пока не очутились снова возле скамейки, где чуть больше двух недель назад открыли свои чувства друг другу. Лавочка была свободна, и они присели немного отдохнуть. Из-за обилия гуляющих, отодвинулись друг от друга на расстояние, не позволяющее их заподозрить в том, что они не «просто друзья».

Они болтали о каких-то пустяках, как вдруг Алекс затих. Охотник посмотрел на любимого, и Тони почувствовал, как тонет в его глазах. Еще немного, и он придвинется так близко, что сможет дотронуться до губ возлюбленного своими губами… И в парке, полном народу, среди белого дня поцелует Алекса взасос… Как делала это влюбленная парочка, сидящая на скамейке метрах в десяти от них. Вот только улыбаться прохожие, если заметят такое, вряд ли будут.

— Ти? — наконец прервал затянувшуюся паузу охотник.

— Да? — хрипло ответил ему созерцатель.

— Давай в горы еще раз съездим, пока тепло и пока еще осталась пара свободных дней?

— Зачем? — удивился Тони.

— Я так хотел тебя в последнее утро в горах… — прошептал Алекс.

— Я тебя тоже хотел, — созерцатель смутился, но продолжил: — И отдаться тебе хотел очень.

Не откладывая в долгий ящик, они поднялись со скамейки и пошли домой, собираться, благо все необходимое у них было, а чего не было дома — нашлось в ближайшем магазине. Купили билеты, и на следующее утро на рассвете Тони был счастлив оттого, что Алекс с ним возится и будит его поцелуями и ласковыми словами, несмотря на его ворчание и хмурый вид. Когда поблагодарил за это охотника, получил в ответ еще один поцелуй, от которого солнечное сплетение у него сладко затрепетало в очередной раз. Созерцатель проверил, не забыл ли он чего, и они пошли уже вдвоем к электричке. Людей набился полный вагон, поскольку был выходной день. Парни ехали, наслаждаясь невольными прикосновениями друг к другу, которых было не избежать в переполненном поезде, и радовались тому, что это не привлекало излишнего внимания к ним.

Выйдя на той же станции, что и полтора месяца назад, опять пошли в горы. К счастью, место, найденное ими тогда, и в этот раз было свободным. Тони опять поздоровался с лесом. Выдохнул, когда ласковый теплый порыв ветра снова обмахнул их. Лес был не против гостей, приехавших в этот раз с очень личными целями. Закончив обустраивать свой маленький лагерь, они наконец обнялись.

— Я так соскучился за тобой, — шептал Алекс.

— И я, — отвечал созерцатель, оглаживая ягодицы друга.

— В палатку?..

— Да…

Охотник почти повалил любимого на расстеленный спальник. Млея от предвкушения близости, Тони пробормотал:

— Только без синяков, пожалуйста…

— Я постараюсь, — простонал Алекс, — хочу тебя безумно…

— Презервативы у меня в рюкзаке, — почти отключаясь от возбуждения, тоже простонал созерцатель, — и смазка там же…

— Да зачем они?

Тони замялся, и охотник понял, что тот все еще брезгует и переживает из-за гигиены. Алекс вздохнул, а друг полез в рюкзак.

— Не больно? — спросил охотник любимого, входя в него.

Сил у обоих не было не то, что на прелюдию, а даже на то, чтоб раздеться.

— Н-нет… Мы же две недели уже… Каждый день…

— Я люблю тебя…

— Я… Ох… Я тебя тоже…

Они двигались так, как будто у них не было секса месяц. Вскрикнули, почти одновременно кончая. Тяжело дыша, Алекс поцеловал возлюбленного.

— Теперь гештальт закрыт? —  спросил его Тони.

— Кажется, да…

— У меня вроде бы тоже… Почти…

Они лежали рядом и слушали негромкий шум леса.

— Послезавтра на работу, — вздохнул Тони.

— Это было отличное лето, — тихо сказал Алекс.

— Да, — голос у созерцателя дрогнул. — И мы поедем отсюда домой… Ко мне… К нам… Вместе…

— Жестко, — пробормотал охотник, когда друг прижал его своим телом к земле.

— Скажи спасибо, что не голой жопой на еловых иголках, — фыркнул Тони, вспоминая их ночной поцелуй в лесу, — если бы мы тогда ночью в лесу продолжили, то занялись бы сексом прямо на голой земле. Без презервативов и смазки…

— Кончай болтать… — простонал Алекс.

— Да, любимый, — поцеловал его созерцатель.

— И против засосов я не возражаю…

— Ну смотри, — рыкнул Тони, ощущая, как страсть снова поднимается в нем из самых глубин существа.

Он впился в шею возлюбленному. Стон удовольствия был ему ответом.

Поздно вечером они сидели на бревне у костра. Вспоминали их первую вылазку в горы, смеялись и целовались, радуясь, что вокруг никого нет и можно позволить себе ласкать друг друга, не опасаясь реакции окружающих. Когда костер почти погас, а звезды на небе засияли так ярко, как это бывает только в горах, Алекс спросил у друга:

— Ти, ты петь умеешь?

Тони воззрился на охотника:

— Ал, ты издеваешься, что ли?!

— Нет. Я умею. И гитара у меня действительно есть. Давай споем, а? Нас никто не услышит.

— Ох… Ну давай… Меня, конечно, в школе заставляли в хоре петь, но это — весь мой опыт. Так что буду фальшивить, — предупредил друга созерцатель.

— Это неважно, — прошептал ему на ушко охотник, обнимая и снова целуя в шею.

Лес слышал и гораздо более удручающее исполнение, и куда худший репертуар. Эта парочка хотя бы была трезвой.

Закончили они тем, что опять начали ласкать друг друга, смеясь и дурачась. Когда расстегнули молнию на джинсах друг другу, поняли, что пора залезать обратно в палатку.

— Сновидеть хочешь? — засыпая, спросил Тони Алекса.

— Хочу, — пробормотал уже тоже почти уснувший охотник.

— Тогда я подожду тебя, — поцеловал его созерцатель.

Осознав себя во сне, Алекс осмотрелся. Друг стоял, как и полтора месяца назад, овеваемый неосязаемым ветром, метрах в пяти от него.

— Ждал меня долго? — спросил его охотник.

— Не очень.

Алекс переместился прямиком к любимому и прижал его к себе.

— В ебеня не хочу, — сказал он.

— Хорошо, — кивнул Тони и поднял их в воздух, — просто полетаем.

Они наслаждались видами гор и леса, снова парили над деревней, в которой больше не было темных следов. Внезапно охотник увидел, как струится энергия между ними, как переплетаются потоки их судеб и силы.

— Ты видишь это, Ти? — прошептал он, — ты видишь то, что между нами?

— Да… — ответил ему созерцатель.

Всем телом Алекс ощутил, как счастье захлестывает и его, и друга, соединяется в единое чувство, переполняющее их обоих.

— Я сейчас проснусь, — только и смог сказать Тони.

— Я тоже…

Они открыли глаза и посмотрели друг на друга. Больше слова были не нужны…

Выползти из палатки их заставило только лютое чувство голода на следующее утро.

***

В воскресенье они вернулись вечерней электричкой из леса.

Уставший Алекс растянулся на кровати, нежась после душа в чистой постели. Соскучившийся по охотнику котенок, которого на время их отсутствия взяла к себе соседка, вскочил на кровать.

Алекс гладил животное, когда его прошибло, что в этой кровати Тони, который не дурак был позажигать в постели, мог быть с кем-то еще, кроме него. У охотника потемнело в глазах от ревности. Одна только мысль о том, что его любимый мог еще на кого-то смотреть так же, как на него, ласкать еще кого-то, приводила его в бешенство, а живот скручивало спазмом. Алекс вспомнил, как Тони устроил ему сцену ревности. Теперь он понимал друга. И подумал, что тот еще очень интеллигентно себя вел. Морду хотелось набить любому, кто даже взглядом посмеет возжелать его и только его созерцателя.

— У тебя такая кровать удобная, — вслух сказал он входящему в комнату Тони.

— Спасибо, — ответил друг.

— Можно нескромный вопрос?

— Ты так говоришь, как будто после всего, что между нами уже было, осталось еще что-то нескромное.

— Ну мало ли… Так как?

— Да можно, конечно. Спрашивай все, что хочешь, — созерцатель сел рядом с Алексом и гладил его по груди.

— Ти, скажи, в твоей шикарной постели еще много кто, кроме меня, был?

— Ревнуешь? — ласки Тони становились все откровенней.

— Угу. Очень.

— Никого не было.

— Ты же мне рассказывал, что у тебя девушки были… И опыт у тебя явно имеется…

— Имеется. Но два года назад я ремонт сделал, все поменял. Кровать тоже. Так что в этой постели никого другого, кроме тебя, не было. Ты — мой единственный…

От таких слов у Алекса внутри все затрепетало. Он судорожно вздохнул.

— Каждую ночь мечтал о тебе… — тихо сказал Тони.

— А я… Я пару раз хотел прийти к тебе ночью… После того, как мы сновидели…

— Почему же не пришел?..

— Не был уверен, что найду твой дом ночью, — охотник помолчал. Вздохнул и добавил: — И боялся… А ты бы меня впустил к себе, если б я вот так приперся посреди ночи?

— Зацеловал бы на пороге до полусмерти, а потом впустил.

— Ты, оказывается, тоже следы оставлять умеешь, — хмыкнул охотник, вспомнив, какой синяк он увидел в зеркале после того, как отмылся после поездки.

— Ты же не возражал…

— Н-нет… — простонал Алекс.

Тони гладил его так, что хотелось выгнуться дугой, чтоб получить еще больше ласки и поцелуев, если это вообще было возможно.

— Больше не боишься?

— Н-нет… Что… Что же ты делаешь со мной?!

— Люблю тебя, единственный мой…

— Я… Я тебя тоже…

— Надо придумать, что бы у тебя такого спросить тоже… Нескромного, — улыбнулся созерцатель.

— Спрашивай все, ч-что хочешь…

========== Хорошая зверушка ==========

Тедди присел на корточки на полу и кормил крокодила раздобытой где-то травой. Алиса, заложив ногу на ногу, сидела в кресле и взирала на это все с легкой улыбкой.

— Вот меня дернуло про «задание» мальчишкам сказать, — с досадой произнесла она.

— А чего ты к ним вообще пошла? — спросил Тедди.

— Интересно же посмотреть на них!

— Ну да, как же без новых тем для сплетен, — фыркнул маг, — а то что-то в конторе скучно стало. Кости, небось, перемоете им вдоль и поперек.

— Это всё так романтично… — улыбнулась Алиса. — Теперь сижу и не знаю, чего бы такого придумать… О! Давай крокодила им сплавим? Сплошной беспорядок от него. И ты опять в маразм впадаешь, бегаешь по всяким злачным местам, репутацию свою окончательно портишь.

Тедди задумчиво посмотрел на жену, потом на животное. Покачал головой и спросил духа:

— Пойдешь к мальчишкам жить?

— Да мне все равно, — ответил крокодил, чавкая очередным пучком, — лишь бы жрать давали.

— У них травы нет, — сказал маг.

— Значит я им приснюсь и сожру их, — клацнул зубами зверь.

— Очень романтично, — ехидно заметил Тедди. Улыбнулся жене: — Что, не утерпела на ученика посмотреть?

— Не утерпела, — ухмыльнулась Алиса. — Но почему не девочка?!

— Ишь ты, еще одна мне претензии предъявляет! — возмутился маг. — Я тебе давно тоже говорил про ученика. Ты чем слушала? Ничего, он, похоже, такой же любитель тряпок, как и ты. Будешь с ним по магазинам ходить, меня наконец в покое оставишь.

— Красавчик… — мечтательно протянула охотница.

***

Когда Тони и Алекс пришли на работу, там все еще было пустынно — многие по-прежнему были в отпусках. Они зашли в кабинет к Алисе.

Охотница скучающе смотрела в окно. Увидев парней, несколько оживилась.

— Ну что, принимайте свое задание, — хихикнула она.

Посреди комнаты появился крокодил.

— Он теперь у вас жить будет, — объявила Алиса.

Тони с ужасом посмотрел на постукивающее хвостом по полу мохнатое чудовище.

«Это ж не дом, а какой-то натуральный зоопарк теперь будет», — обреченно подумал он.

— Какой забавный, — восторженно прошептал Алекс.

— Только вы это… Пообщайтесь с ним в сновидении в ближайшее время, пока он сам вам не приснился. Это Тедди просил передать. Я была вообще-то против, но он же такой сердобольный у меня, — с теплотой в голосе сказала Алиса.

«Ну вот, теперь еще и не поспишь спокойно», — вздохнул Тони.

День они провели в приведении в порядок оставшихся бумаг. Алекс все время отвлекался на крокодила. Тот ходил за ним хвостиком и ждал, когда же им перестанут восхищаться и наконец накормят.

***

Перед сном Тони поделился с другом своими плохими предчувствиями. Насколько он знал Алису, подвохов от нее следовало ждать на каждом шагу.

— Так что будь готов ко всему, — сказал он охотнику.

Они пробудились в сновидении, очутившись в своем, теперь уже общем, кабинете. Тони взял Алекса за руку.

— Ты готов? — спросил созерцатель.

— Да, — кивнул охотник.

Он все еще никак не мог поверить, что от такой симпатичной зверушки может исходить какая-то опасность.

— Крокодил, покажись нам, — позвал Тони.

Зверь появился посреди комнаты. Вид у него был почему-то совсем не такой радушный, какой был днем. Он почернел и начал быстро увеличиваться в размерах. Внимание его было направлено на охотника, поскольку тот провел с ним весь день. Алекс застыл в ужасе.

«Не поддавайся страху», — прозвучал голос Тони у него в сознании.

Созерцатель обнял охотника сзади так крепко, насколько смог, прижался к нему всем телом и передавал ему свою отрешенность.

Страх немного отпустил Алекса. Он смотрел на растущее чудовище, которое злобно смеялось и клацало пастью.

— Если травы не дашь, я твою душу сожру, — сказало чудище.

— Зачем тебе моя душа? — спросил его охотник.

— У меня своей нет, — ответил крокодил.

— Как это нет? — удивился Алекс, — есть у тебя душа. Ты же смеяться умеешь? А раз умеешь, значит и душа есть.

Зверь в недоумении захлопнул пасть.

— А хочешь, я тебя поглажу? — предложил ему охотник.

— Не знаю. Я не помню, чтоб меня раньше гладили, — задумчиво протянул крокодил. — Ну, попробуй…

— Только ты такой большой, я не дотянусь до тебя. Ты уменьшиться можешь?

— Я все могу, — с гордостью сказал дух, — я же идеален!

Алекс подставил ему раскрытые ладони.

— Тогда уменьшись так, чтоб на руке у меня поместиться. Сможешь?

Крокодил уменьшился до размера котенка и легко запрыгнул охотнику в руку.

— У тебя шерстка мягкая и коготки царапаются, — погладил его Алекс. — Ну как, понравилось?

— Да, — прорычало чудище.

— А теперь чего ты хочешь? — тихо спросил его охотник.

Крокодил молчал.

— Если стесняешься, скажи мне мысленно. И никто не услышит, — сказал ему Алекс.

Какое-то время охотник стоял молча, прислушиваясь к чему-то. Потом сложил ладони вместе и подул в них. Он держал руки сведенными довольно долго, пока не почувствовал, что наконец может раскрыть их. Когда он это сделал, то увидел в своих руках птичку. Темные перышки переливались всеми цветами радуги, а хвостик явственно отливал фиолетовым.

— Я же говорил, что ты забавная зверушка, — прошептал он, — а Тони мне не верил.

Дух неуверенно махнул крылышками.

— Лети, — сказал Алекс, — ты свободен. А захочешь, прилетай еще, поиграем. Или превращу тебя еще как-то. Я теперь это умею, — похвастался он.

Птичка увереннее взмахнула крыльями и вылетела в окно.

«Просыпаемся», — услышал охотник шелест голоса любимого в своем сознании.

***

Уставший Алекс уже почти засыпал. Сквозь дрему услышал смех Тони:

— Хорошо, что ты ему шею не свернул ненароком со страху и по неопытности.

— Я живность люблю, — пробормотал охотник.

— У каждого есть свое кладбище, — вздохнул созерцатель.

— И у тебя?

— И у меня.

— А расскажи?

— Сейчас не расскажу. Не хочу болтать тоже много. Сновидение трудное было. Спи.

Тони поцеловал прижавшегося к нему Алекса в макушку. Тот, чувствуя это, промычал уже совсем что-то нечленораздельное и прижался еще сильнее, свернулся у созерцателя на груди.

— Радость моя… — совсем тихо шепнул Тони, думая, что друг уже его не слышит.

— Твоя… — ответил охотник и наконец отключился.

***

На следующий день созерцатель сидел на работе и ковырялся в каких-то бумагах. Алекс взял фотоаппарат и куда-то слинял, пользуясь тем, что Тони теперь ему не начальник, Алиса неизвестно где, а значит можно в это время пойти поискать что-то интересное и поснимать.

Когда Тедди заглянул в лаборантскую и увидел все так же, как и раньше, ученика, сидящего в одиночку в кабинете, он решил полюбопытствовать:

— О, а где же крокодил?

— Летает где-то, — рассеянно пробормотал Тони, не отрываясь от работы.

— Как… Летает? — удивился маг, — крокодилы не летают.

— А наш летает, — все так же рассеянно и немного раздраженно возразил созерцатель.

Он очень не любил, когда его отрывали от какого-то его «очень важного» дела и думания очередных мыслей.

— И вообще, он больше не крокодил, — Тони наконец поднял голову и посмотрел на Тедди.

— А кто же он теперь?

— Птичка. А что Алекс еще придумает — понятия не имею, — с нежностью в голосе ответил созерцатель и снова закопался в свои бумажки.

Маг ухмыльнулся и вышел из комнаты.

Тони поднялся из-за стола и подошел к окну. Он любил рассматривать город с высоты восьмого этажа, облака, слушать шум машин.

Кактус давно следовало полить. И кажется, растение собиралось зацвести.

От размышлений его оторвал стук двери.

«Все ходят и ходят, никак не угомонятся», — раздраженно подумал созерцатель и обернулся.

Вернулся Алекс. Плюхнулся, по своему обыкновению, на стул, водрузил ноги на стол и с довольным видом уставился в фотик, рассматривая, что же он наснимал. Когда ему это надоело, встал и подошел к другу, по-прежнему задумчиво исследовавшему пейзаж за окном:

— Предлагаю смотаться.

— Так ведь рабочее время, — пробормотал Тони, наслаждаясь близостью любимого и смущаясь от опасения, что сейчас кто-то может войти.

— Да лан, работы нет, все еще в отпусках…

— А что я скажу?

— Ой, ну соврешь что-нибудь…

— Я плохо умею врать…

— Так учись!

— Ладно, кактус полью и пойдем.

— Ты, небось, с ним еще и разговариваешь, — хмыкнул Алекс.

— Разговариваю, — окончательно смутился Тони.

— Давай, поливай своего приятеля поскорее и пойдем… Я соскучился за тобой…

— Я тоже… И вообще… Я тут подумал… Заберу кактус домой. Надеюсь, он не против.

Кактус не возражал. Да и как бы он мог возразить, если рос в горшке?

— Думаешь, кактус и котенок совместимы?

— Не знаю. Вот и проверю.

***

Вечером Тони лежал в постели заложив руки за голову и наблюдал за котенком, который знакомился с кактусом. Растение топорщило колючки, а животное тыкалось в него носом и трогало лапами.

— Мяу, — сказала Мурзя, уколовшись.

Кактус промолчал. Он не умел разговаривать с котятами. Новое место отличалось от старого. Здесь было тише и обстановка была другая. Солнца и тепла было достаточно. Но здесь бегало это мохнатое создание. Он боялся, что оно его будет грызть и переворачивать горшок, и думал о том, поставят ли его в безопасное и уютное место, где можно будет спокойно зацвести. Впрочем, кажется, колючки отпугнули существо.

Котенок еще раз попробовал потрогать лапой кактус, обнюхал его, попытался перекинуть горшок, опять укололся и решил, что у него есть еще много других очень важных кошачьих дел… И туалетная бумага все еще не порвана. Это срочно необходимо было исправить.

Вошел Алекс, на ходу вытирая голову полотенцем.

— Слушай, я тут про кактусы почитал… Оказывается, их трогать нельзя, когда они цвести собираются. А я его перенес с привычного места! — встревожился Тони, — это ж у него теперь стресс, и он может не зацвести.

— У котенка, между прочим, тоже стресс, — ответил ему озабоченно охотник.

— Ну хоть кто-то сможет дать теперь отпор этому маленькому избалованному чудовищу, не все ж ей из нас веревки вить. Посмотри, что она вытворяет.

Мурзя принесла добычу — очередной растерзанный рулон туалетной бумаги. Это было интереснее даже, чем игрушечные мыши! Бумага так приятно трещала под когтями.

— Она маленькая, ей необходимы физические нагрузки для развития, — защищал Алекс свою любимицу.

Он отобрал у котенка бумагу, отнес рулон на кухню и спрятал в ящик. Вернулся и лег в постель. Спать хотелось все больше и больше.

— Надо будет ему место подыскать получше, может горшок новый купить и удобрений каких-нибудь, — переживал Тони. — Вот я так его перенес… Я не знал… А он теперь может не зацвести… — все больше расстраивался он.

— Как же ты раньше за ним ухаживал?

— Я его просто иногда поливал, когда вспоминал, а он себе рос.

— Предлагаю так и продолжать. С учетом новых знаний. Даже если в этот раз не зацветет, то в следующий может соберется.

— А если не соберется? — никак не мог успокоиться созерцатель.

— В любом случае, ты его уже принес. Назад не понесешь?

— Нет, — вздохнул Тони.

Он хотел, чтоб кактус рос у него дома.

— Как-то будет, — пробормотал в полусне Алекс.

Притянул к себе любимого и отключился.

Котенок запрыгнул на постель, свернулся клубочком у них в ногах и тоже уснул.

Тони уже почти засыпал, как вдруг на подоконнике материализовалась слегка потрепанная птичка.

— Ты чего такой взъерошенный? — спросил у нее созерцатель.

— Не привык я крыльями махать, еле нашел обратную дорогу — вздохнул
крокодил.

— Есть хочешь?

— Не, я поел.

— «Хорошая зверушка», — улыбнулся Тони, вспоминая слова Алекса, — на самообеспечении. Ты хоть летай осторожнее, ладно?

— Я постараюсь.

Крокодил уже тоже почти уснул, как вдруг вспомнил, что он спросить хотел:

— Слушай, Тони?

— Что?

— Я у тебя там такие красивые кристаллы видел…

— И ты поселиться надумал?

— Ну… Если ты не против…

— Выбирай себе, какой больше понравится, не против я. А хочешь — живи во всех по очереди.

— Спасибо, — чирикнул дух и улетел выбирать себе дом.

Тони вздохнул — сон ушел. Он обозревал «зоопарк», в который внезапно превратился его дом, и еще долго не мог уснуть, думая о том, как же теперь жить дальше. У него по-прежнему не шел из головы подарок посланников. И то, что у них появился сильный союзник, тоже было неспроста…

Столько счастья — и даром? Созерцатель давно отвык просто радоваться жизни и сейчас в очередной раз ждал какого-нибудь подвоха. Предложение Алекса уехать тоже не добавляло радости. Но друг был прав — здесь у их отношений не было никаких перспектив, кроме бесконечного поливания грязью, ненависти, а то и нападений. От сограждан можно было ожидать чего угодно.

***

Утром невыспавшийся созерцатель варил кофе. Бодрый Алекс отсыпал котенку корма, погладил его и в совершенно радужном настроении сел за стол. Поскольку сегодня завтрак готовил Тони, то еда была вкусной, что не могло не радовать еще больше.

— Помнишь, ты меня как-то про союзника спрашивал? — сказал созерцатель.

— Ага, помню.

— Ну вот, кажется, мы обзавелись одним.

— Ух ты! И где же он?

— Здесь я, — материализовалась снова на подоконнике птичка.

— Ты?! — удивился охотник.

— Тони разрешил мне жить у вас.

— А что ты умеешь? — поинтересовался Алекс.

— Какой ты меркантильный! — обиженно надулся крокодил, — я все умею, я же идеален!

— Дом охранять будешь? — спросил у него Тони.

— Буду. И места интересные показать могу. И… И советы давать могу!.. Вот.

— Ну и отлично, — хмыкнул созерцатель.

— Обалдеть! — восхищенно сказал охотник.

Тони поставил перед Алексом кружку с кофе. Тоже сел за стол и, постепенно все же просыпаясь, осмотрел еще раз своих домашних, глянул на кактус. Цветок вроде пока не завял. От радости он даже забыл угрюмо поворчать. Согрел руки о свою чашку, улыбнулся и ответил:

— Ага.

Пока все было хорошо…

========== Мы пойдем другим путем ==========

Часть II

Дни снова потянулись один за другим. Алекса ждал последний семестр учебы, Тони погрузился в очередные исследования.

Тедди навесил на созерцателя некоторые свои обязанности по обучению студентов, от чего тот был, мягко говоря, не в восторге. Когда охотник узнал, что Тони будет вести у него занятия, то не преминул поддеть:

— О! Теперь я спокоен хотя бы за один предмет.

— И не надейся, — мрачно посмотрел на него созерцатель.

— Я буду очень старательно подлизываться, — продолжал дразнить Тони друг.

— Не поможет.

— Да я пошутил. У меня часто одногруппники конспекты потом берут.

— Так насчет конспектов — это правда, что ли, была?!

— Ага, — улыбнулся Алекс.

— Слушай, Ал, странно, что мы с тобой раньше здесь не встречались, — внезапно осенило созерцателя, — как же так получилось, что мы друг друга заметили, только когда Тедди столкнул нас нос к носу?

— Ти, с твоей-то любовью забиться в какой-нибудь угол и закопаться в бумажки — неудивительно, — хмыкнул охотник. — Как я мог тебя найти, если никогда не заходил туда, где ты работал, а ты, небось, только на обед выползал? Удивительно, как ты вообще хоть что-то замечал вокруг себя и под машину не угодил. Да и не факт, что я бы обратил внимание на тебя из-за условностей…

— Ну да, мужчинам друг друга рассматривать не пристало, — кивнул Тони. — Еще я в библиотеку, как ты говоришь, выползал… Но все равно, как же так странно получилось… Ведь я мог найти тебя сам…

Созерцатель несколько дней ходил, пораженный своим внезапным осознанием и открытием. Он даже не пошел, как это обычно делал, делиться им с учителем и спрашивать какого-то совета или оценки. Тедди заметил, что Тони что-то открыл, но не стал у него ничего узнавать. Он был рад, что его ученик наконец вырос.

***

Когда охотник начал обучаться у Алисы, то все уши прожужжал Тони рассказами о ней. Мало того, что домой приходил поздно из-за занятий после учебы, так еще и был под большим впечатлением от её способностей и возможностей. Созерцатель умилялся и видел в нем себя в первые годы обучения у Тедди. Вслух ворчал:

— Еще немного, и я тебя к ней ревновать начну.

— Ты что, с ума сошел? — посмотрел на него Алекс, — она ж богиня!

— Ну да, куда уж нам, зачуханным созерцателям, — заржал Тони.

— Да, приодеть тебя получше давно не мешало бы, — окинул его Алекс опытным взглядом. — Это ты мне хорошую идею подал, — ухмыльнулся он.

Одежду охотник любил, хорошо разбирался в ней и знал, как дополнить с её помощью образ, который бы производил благоприятное впечатление на окружающих. Или неблагоприятное. Или такое, какое было необходимо для выполнения задуманного.

Несколько дней Алекс таскал ноющего и упирающегося Тони по магазинам.

— И чтоб больше на работе я тебя в обносках не видел! — скомандовал охотник любимому, — дома, если тебе так уж неймется, так и быть, готов терпеть. Но на людях пора выглядеть прилично. Ты же у меня такой красавчик тоже, если тебя приодеть и причесать, — чуть не облизнулся Алекс. — Не думаю, что стоит подражать Тедди в том, чтоб ходить оборванцем, — ухмыльнулся он.

— Только ради тебя и ради того, чтоб тебе понравиться, — бурчал Тони, застегивая новые джинсы.

Охотник смотрел на любимого и думал: «Что же я буду делать, когда тебя стильно одеваться научу? Куда ж еще сильнее влюбляться-то?.. Я совсем мозгами двинусь… Да еще и Алиса, будь она неладна, с её заданием… Физкультурой займись с ним… »

— Насчет подражания, уж кто бы говорил. Мне скоро Алиса и дома будет мерещиться, мало мне этой «богини» на работе, — вернулся созерцатель к их пререканиям, пряча свое смущение.

Ему тяжело было принять то, что он тоже, оказывается, может выглядеть привлекательно. Он не привык к вниманию и к оценивающим взглядам окружающих, которые начал замечать и по отношению к себе, а не только к охотнику. А друг смотрел на него как-то уж совсем странно.

«Отдеру так, что орать будешь, как резаный», — Алекс с трудом сдерживал свое дикое желание.

— Да-да, Тедди перед ней на задних лапках бегает, стоит ей только бровью повести, — улыбнулся охотник, пытаясь тоже скрыть и свои чувства.

— От меня не дождешься, — огрызнулся Тони, стараясь вернуться в относительно нормальное состояние.

— Мы пойдем другим путем, — подмигнул ему друг, подавая очередной пиджак для примерки и едва удерживаясь от того, чтоб сгрести любимого в охапку и взять прямо здесь и сейчас.

После покупки очередной стильной шмотки Тони огорченно развел руками:

— Ты из меня все деньги вытряс. Я на покупку кристалла откладывал, между прочим. Такой красивый видел весной. И книги новые завезли.

«Черт, еще ж украшение нужно какое-то. А этот только о кристаллах да о книжках своих думает», — опечалился Алекс.

Вслух фыркнул:

— Ну да, как же ж без кристалла-то жить?! Наш поход только приостановлен!

Созерцатель вздохнул с облегчением, надеясь, что продолжение его мучений состоится все же не скоро.

— Х-хочу тебя… — было предпоследнее, что охотник смог произнести здравого, когда закрыл входную дверь и уже не нужно было изображать непринужденность и спокойствие.

Он смотрел на Тони, еще в магазине переодевшегося в новую одежду, пару дней назад все же подстригшегося, и чувствовал, что сходит с ума.

— Прямо сейчас? — удивился созерцатель.

— Д-да… Ти, я последний час терплю из последних сил. Здесь, стоя.

— Ах вон оно что, — до Тони дошло, почему друг так странно смотрел на него все это время.

Алекс принес смазку из ванной. Созерцатель тем временем расстегнул джинсы, повернулся спиной к другу и оперся руками о входную дверь.

Дальнейшее скрылось от охотника в тумане. Очнулся он только тогда, когда услышал то, что хотел…

— Мой! — рыкнул Алекс, выпуская созерцателя из объятий.

— Твой, — выдохнул Тони.

Колени у него подгибались, но по стенке он, к счастью, не сполз.

Когда охотник сказал, что теперь они на стадион и, для начала, в бассейн будут ходить вдвоем, Тони только икнул. И хотя временами ныл и сопротивлялся, все же плелся.

«И кто-то тут еще про чудовищ говорил», — думал он, глядя на друга.

========== Мир не против ==========

Как-то на особо скучной лекции Алекс сидел и задумчиво рисовал в тетради. Время от времени посматривал в окно и мечтал о том, как проведет сегодняшний вечер. Его одногруппник Роман, сидевший с ним за одной партой и частенько одалживавший у охотника конспекты, заметил, что тот окончательно отключился от происходящего. Он заглянул в тетрадь, чтоб выяснить, что так отвлекло до этого все же умудрявшегося записывать даже такую скучищу приятеля. Увидел набросок… Это был портрет одного из преподавателей. Роман очень удивился и тихо спросил:

— Ты что, теперь вместо того, чтоб лекции конспектировать, портреты преподов рисуешь? Так сейчас не этот у доски.

— А? — Алекс вынырнул из своих мечтаний.

Он глянул на одногруппника, потом на то, что нарисовал. Разумеется, это была очередная зарисовка Тони. Думать о чем-то другом, кроме как о нем, у него все еще получалось очень плохо. Он старался не привлекать внимания окружающих к их отношениям, на лекциях любимого забивался в дальний угол, уходил из аудитории первым и делал вид, что они друг друга не знают. Созерцатель поступал так же. Поскольку после занятий Алекс шел к Алисе, то и домой они приходили в разное время.

Охотник пожал плечами, вырвал лист из тетради. Роман еще раз посмотрел на него:

— Какой-то ты странный стал в этом семестре…

— Ага, — согласился Алекс.

— Ты что, переживаешь до сих пор, что тебя Наташка отшила?

Охотник глянул на приятеля, вспоминая весенние события, о которых уже давным-давно и думать забыл.

— Нет, — удивился он.

— Столько девок вокруг тебя крутилось раньше, а сейчас никого… — не унимался Роман.

— Да напишу я конспект, дам тебе… — Алекс соображал, что бы ему такое сказать, чтоб одногруппник наконец отцепился. — Работу нашел просто. Некогда мне теперь.

— Ну-ну, — приятель покосился на аккуратно вырванный лист бумаги, — хорошо рисуешь.

— Спасибо, — кивнул охотник.

Роман, к счастью, отстал. Но видеть то, как Алекс рисует портрет одного из их преподов, было очень странным. Сегодня была как раз лекция у него, последняя пара. Охотник, как обычно, попытался забиться в дальний угол, но неугомонный приятель снова проявил интерес:

— А чего ты так далеко ханыришься? Там же ничего толком не слышно и не видно. Да и всегда за второй партой сидели раньше…

Время подходило к началу пары. Тони вошел в аудиторию, и Алекс невольно вздрогнул. Сел, по своей старой привычке, за вторую парту, лишь бы приткнуться хоть куда-нибудь, поскольку начиналось занятие.

Роман за этим всем наблюдал. Таким он приятеля раньше определенно не видел. Во время лекции он заметил, что и препод временами косится на его соседа по парте. Хмыкнул:

— Интересная у тебя работа.

— Да отстань же ты от меня, наконец, — тихо рыкнул Алекс.

— О-о… На пьянку придешь сегодня в общаге?

— Нет. Я работаю.

Одногруппник осклабился:

— С ним, что ли?

Охотник уже совсем нехорошо глянул на приятеля:

— Нет.

Алекс назвал фамилию Алисы.

— Неплохо устроился, — заметил Роман.

— Я тоже так думаю, — ледяным тоном ответил охотник.

***

Вечером за ужином Алекс сказал любимому:

— Кажется, я спалился.

— Что такое?

— Я опять твой портрет рисовал, когда мне совсем невмоготу стало очередную ахинею записывать, а приятель увидел и интересоваться начал. Потом так пялился на меня, когда я после твоей лекции к Алисе пошел.

Тони вздохнул:

— Все равно бы рано или поздно всплыло.

— Как ты выдерживаешь?

— С трудом, — усмехнулся созерцатель, — ты как за вторую парту сел сегодня — особенно.

— Хорошо, что семестр последний, и дальше уже этой пытки не будет, — тоже вздохнул охотник.

— Да, — согласился с ним друг.

***

На следующее утро, когда они шли с пробежки, Алекс увидел приятеля, возвращающегося с пьянки.

— О, черт… — пробормотал он.

— Мда, — только вздохнул Тони.

Одногруппник, тоже заметив охотника, подошел к ним.

— Надо же, ты теперь, оказывается, в моем районе живешь, — снова осклабился Роман. — Здравствуйте, — обратился приятель Алекса к Тони.

— Добрый день, — вежливо ответил созерцатель.

— До встречи на парах, — ухмыльнулся парень. Посмотрел на препода: — До свидания.

— До встречи, — холодно попрощался с ним Алекс.

— До свидания, — сказал Тони.

— Не знал, что ты не только по девочкам, — все так же ухмыляясь, сказал Роман, садясь рядом с охотником за парту перед парой.

— Ну, теперь знаешь, — хмуро сказал Алекс.

— Эх, а я хотел тебя попросить и меня нарисовать.

— Да не вопрос, — пожал плечами охотник.

Минут через пятнадцать протянул приятелю набросок:

— Держи.

— А подпись?

— Я же не профессиональный художник, — сказал Алекс, но подписал рисунок.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Разумеется, в скором времени и остальные были в курсе. Однокурсники с охотником, узнав о его гомосексуальных отношениях, общаться стали меньше и более формально. Приятель через пару дней пересел за другую парту. На пьянки Алекса тоже приглашать перестали. Впрочем, ему все равно было некогда. Каждый вечер его ждала работа с Алисой, которая, к счастью, была очень интересной. Это несколько помогало пережить горечь от молчаливой отстраненности однокурсников. Преподаватели уже относились к нему как к коллеге, и новый круг общения постепенно появлялся.

***

Однажды после пар к нему подошла Наташа.

— Надо же, как ты решил мне отомстить, оказывается!

Алекс удивленно посмотрел на неё:

— В смысле?

— Ну, — усмехнулась она, — променял меня на мужика.

Охотник удивился еще больше:

— Я не мстил тебе. Просто я хочу того, что тебе не было интересно.

— Пфф, а я-то думала, ты — мужик. А мечты у тебя какие-то бабские оказались.

— Не вижу ничего плохого в женских мечтах, — ледяным тоном ответил Алекс, — мне пора, Алиса меня уже ждет.

— О, ещё и Алиса! Так ты все же нормальный? — усмехнулась она. — Меня всё устраивало в наших отношениях, пока ты не завел разговоры про бытовуху.

Охотник дернулся, хотел было развернуться и уйти, но не смог не ответить:

— Это — работа. И меня такое не устраивало. Еще вопросы есть? Я опаздываю.

Девушка отрицательно покачала головой. Такой Алекс был ей совсем незнаком. И, положа руку на сердце, не очень-то интересен.

Больше они не разговаривали.

***

Однажды вечером Алекс случайно заглянул в ванную в поисках очередной потерянной шмотки. Вещи все время куда-то девались, и только благодаря усилиям друга бардак был умеренных размеров. Открыв незапертую дверь, он обнаружил в комнате Тони. Тот стоял и… Черт, он нюхал его футболку! Поняв, что любимый его застукал, созерцатель расплылся в совершенно дурацкой улыбке.

Иронично приподняв бровь, охотник спросил:

— Ты что делаешь?

— Нюхаю…

— Вонючую футболку?!

— Так люблю твой запах, заинька…

— Ты!..

Алекс обнял друга. Тот тут же зарылся в него, уткнулся возлюбленному в шею и начал его вылизывать. Тони по-прежнему балдел от запаха и вкуса своего ненаглядного, любимого, родного охотника. Прижимал к себе его за ягодицы. А Алекс только тихо постанывал, ощущая, как тяжелеет его член, как созерцатель прижимается к нему своим, тоже уже большим, налившимся… Вкусным до умопомрачения…

— Так что — я?.. — хрипло промурлыкал Тони.

— Ти, я отсосать тебе хочу…

— Прям здесь?!

— Почему бы и нет, — пожал плечами охотник.

Он опустился на колени и стащил с любимого домашние штаны. Белья на друге не было.

— Я еще не помылся, — пробормотал созерцатель.

— Плевать, я не брезгливый, как ты.

Алекс смотрел любимому в глаза и вбирал его член в рот все глубже и глубже.

Тони глухо застонал. Запустил свои длинные красивые пальцы в волосы другу. Охотник только стал сосать еще интенсивнее.

Когда созерцатель кончил, Алекс проглотил все, облизнулся и поцеловал возлюбленного. Тихо сказал:

— Мое.

— Ты обжора, — фыркнул Тони.

— А ты грязные шмотки вынюхиваешь! — охотник помолчал и все же признался: — Я тоже твою одежку иногда нюхаю. И постель там, где ты спишь — подушку и простыню.

— Я б еще и одел, — усмехнулся созерцатель.

— Так одень…

Тони стащил свою футболку и надел одежду Алекса. Та была ему чуть великовата.

— О, черт… Я тебя трахнуть хочу… — прошептал охотник.

— Я весь твой… Минут через двадцать, — улыбнулся созерцатель.

— Любишь давать мне? — прижал к себе его Алекс.

— Люблю, — покраснел Тони.

— Я тебе тоже… Но сейчас хочу тебя.

— Бери. Столько, сколько захочешь.

— С ума от тебя схожу… Никак меня не отпустит… — погладил друга охотник.

— Я от тебя тоже… — потерся об Алекса Тони.

***

Этой ночью созерцатель не планировал сновидеть. Лежал, вспоминал секс и мечтал, пытаясь выбросить из головы все мрачные мысли. Завидовал Алексу, который засыпал мгновенно, едва обняв его, и у которого на все неприятности был готов любимый ответ: «Как-то будет».

Все же уснув, осознал себя в ближайшем парке. Выругался. А метрах в пяти от него стояла девочка. Кошка сидела возле нее.

— Грядут перемены, — сказала кошка, смотря на Тони в упор.

— Кто вы? — спросил у них созерцатель.

— Посланники духов холмов, — ответила девочка.

— Зачем вы предупреждаете меня?

— Ты нам понравился, — фыркнула кошка, — так забавно своего друга от нас прятал.

— Так вы с того самого места в парке?! — спросил созерцатель.

— Не только. Те духи — часть нас. Возле ручья тоже наша территория. Ты так его чистил усердно. Мы рады. Спасибо.

— Ох, пожалуйста, — смутился Тони, — надеюсь, я вам ничего не испортил?

— Нет… Мир не против… — тихо сказала девочка, и посланники исчезли.

Созерцатель постоял, осмотрелся. Вдохнул и выдохнул. В осеннем воздухе все было как прежде… Он посмотрел на неподвижные деревья. Затем присмотрелся к теням… Те колыхались. Такого раньше точно не было!

Тони проснулся. Тяжко вздохнул и побрел в ванную. Выкинул из головы мрачные мысли, называется.

На следующий день доложил Тедди:

— Тени деревьев стали подвижными в сновидении. И посланники опять заявились. Назвали себя духами холмов. Сказали, что грядут перемены.

Маг нахмурился. Ничего не ответил. Созерцатель развернулся и пошел к себе. Нужно было еще дописать статью.

***

Вечером Тони только вышел с работы, как раздался звонок телефона. Он посмотрел на незнакомый номер и поднял трубку.

— Да?

— Антон?

— Да.

Тони узнал голос.

— Я отец Алексея.

— Да, я вас узнал. Слушаю.

— Отъебись от моего сына, пидор.

— Не понял?

— Все ты понял, урод на всю голову со своей магией ебанутый. Оставь моего сына в покое. Это ж из-за тебя он хуйней занимается…

Тони отнял трубку от уха. Похоже, ему еще доведется это не раз выслушивать. Владислав тем временем продолжал:

— Не зря таких, как ты, мудаков, раньше сажали!

Тони положил трубку. Придя домой, взялся готовить ужин. Когда Алекс вернулся поздно, созерцатель молча поставил перед ним тарелку с едой. Сел напротив и устало подпер голову рукой. Он рассматривал друга, наблюдал за движениями охотника, за тем, как тот ест.

— Спасибо! — благодарно выдохнул Алекс, утолив первый голод. — Не стоило, я бы сам взял.

— На здоровье, — кивнул Тони.

— Ти, ты чего грустный такой?

— Ничего, Ал.

— Все в порядке?

— Да.

— Точно?

— Да.

Алекс не стал настаивать, он устал как собака, и все, чего хотелось — это упасть с кошкой на кровать. Что он и сделал. Даже на учебу сегодня не было сил. Когда Тони поздно вечером лег рядом, охотник, по сложившейся уже привычке, сгреб друга в охапку. Поцеловал и окончательно отключился.

Созерцатель даже не думал высвобождаться из объятий. Тони закрыл глаза и подумал: «Сам мудак. Хуй тебе. Не отъебусь, не дождешься». Пробормотал: «Спокойной ночи», — и сосредоточился, входя в сновидение.

========== Куда я попала ==========

Однажды вечером Алекс пришел совсем грустный к Алисе. Они, как часто это делали, направились в парк неподалеку.

— Что случилось? — заметила ведьма состояние ученика.

Охотник обиженно сказал:

— Вчера Тони сновидел с Тедди. А меня не взяли.

Алиса посмотрела на него.

— Знаешь ли ты, что нас окружает вечность? — вкрадчиво спросила она и протянула руку, собираясь коснуться Алекса.

Тот в ужасе глянул на наставницу и шарахнулся.

— Вот поэтому они тебя пока и не позвали с собой, — вздохнула она, — далеко они полетели. А ты еще не готов.

Потом улыбнулась и подмигнула охотнику:

— Мне вовсе не обязательно брать тебя за руку или обнимать, чтоб изменить твое восприятие. Это Тони не упустит своего шанса потискаться с тобой лишний раз.

Алекс с еще большим ужасом посмотрел на неё. Вспомнил, как Тони, тоже без всякого контакта, погружал девочку в транс. Осмотрелся, оторвав взгляд от глаз Алисы, и заметил, что освещение вокруг изменилось. Местность подернулась легким туманом, и, несмотря на наступивший вечер, темно не было. Желтоватый свет разливался вокруг. И парк перестал быть парком. Люди исчезли, а трава и деревья, изменив свой цвет, став меньше и тоже желтее, колыхались, будто живые, в порывах неосязаемого ветра. Под ногами был песок вместо привычных асфальтовых дорожек.

— Мы сейчас там, куда созерцателям попасть нелегко. Зато охотникам просто. Идём.

Каждый шаг давался Алексу с трудом. А Алиса, несмотря на то что была почти вдвое старше, шла легко, будто молодая девушка.

— Зачем мы здесь ходим? — поинтересовался ученик.

— Тренируем тело.

Через какое-то время Алекс обнаружил, что они снова в парке. Устало опустился на скамейку. Алиса склонилась над ним, наблюдая за его состоянием.

— Ты в порядке? — спросила она

— Вроде живой…

Охотник взглянул на часы. Прошло около двух часов! Хотя ему казалось, что они провели в том странном месте от силы минут двадцать.

— Там время течет иначе, — кивнула ведьма. — Да, кстати. Хочу тебя предупредить: спиртное больше не пей.

— Как, совсем?! Я и так почти не пью, мы с Тони только пару раз вино пили и все!

— Когда большие нагрузки. Иначе не хватит сил на изменение восприятия.

— Ох… А я-то думал, почему Тони даже пиво ни разу не заказал за все время, что мы уже знакомы?..

Алиса только сочувственно улыбнулась.

***

Вечером Тони собрался лечь пораньше.

— Опять сновидеть с Тедди будешь, да? — все еще обиженно спросил охотник.

— Нет, сегодня без него, — вздохнул друг, — ты тоже хочешь?

— Хочу, — вздохнул и Алекс.

— Ладно. Но будет не очень интересно.

— У меня почему-то перестало получаться одному сновидеть, — тихо сказал охотник.

— Так ты ж с Алисой сколько занимаешься! И секса у нас много.

— А причем тут секс? — нахмурился Алекс.

— На секс тратится энергия, которая нужна для сновидения, — объяснил Тони, — я перед нашими отношениями два года ни с кем не спал. Потому мне сейчас все еще легко. Но если мы будем так продолжать кувыркаться, тоже проблемы начнутся. А ты мало сновидел до нашей встречи, поэтому перестало тебе хватать энергии на сновидение из-за секса только сейчас.

— Вот черт, — раздосадованно пробормотал охотник.

— Угу. Так что теперь — или секс, или волшебные сны.

Алекс грустно вздохнул. Секс он очень любил. Но сновидеть хотелось тоже. Ситуация, когда его с собой не брали, не устраивала охотника ни разу. Он с таким печальным видом поцеловал любимого в щеку и просто прижал к себе, что Тони не выдержал и засмеялся.

— Это будет наш второй вечер без секса, — улыбнулся созерцатель.

— У-у-у, тебе смешно… Опять ржешь надо мной?

— Я не ржу над тобой, радость моя. Я счастлив, что мы и так тоже вместе. Спокойной ночи. До встречи во сне. В спальне не появляйся, чтоб котенок тебя не видел.

— Хорошо… Спокойной ночи…

Тони поцеловал любимого, закрыл глаза и позволил своим чувствам толкнуть друга в сновидение.

Алекс осознал себя и увидел, что созерцатель, как обычно, сидит на подоконнике.

— Сегодня у меня дела, — сказал ему Тони, — будешь меня сопровождать. Я должен проверить окрестности, все ли в порядке. Если что заметишь — говори. В последнюю неделю неспокойно что-то стало.

— А меня возьмете? — чирикнул крокодил, — или как вчера, опять дом охранять?

— Боюсь, что как вчера, — серьезно сказал ему созерцатель.

— Эх. Ладно.

В красивых кристаллах духу жилось хорошо и хочешь не хочешь, а отрабатывать разрешение на теплое и уютное жилье — приходилось.

— Алекс, твой Ти ненаглядный вчера шею мне пригрозил свернуть, если я не досмотрю, и с тобой что-то случится! — пожаловался крокодил.

— Изверг! — хмыкнул Алекс.

Но ему было очень приятно, что Тони так о нем заботится. Он обнял друга. Тот тоже обнял его и вылетел из окна. Добрался до ветки ближайшего дерева и отпустил охотника.

— Летим. Дальше самостоятельно. Далеко от меня не отлетай и постарайся не отставать. В случае опасности немедленно просыпайся.

— Не объединять с тобой энергию?

— Нет. Мы только наблюдаем.

— Хорошо, — согласно кивнул головой охотник.

Они летали по окрестным улицам. Но больше не было веселых гонок. Тони осматривал все вокруг. Алекс старался хотя бы за ним угнаться. К счастью, все было тихо и обычно. Пока… Вот только тени деревьев и уже даже домов жили своей жизнью.

Проснувшись, охотник заметил, что по-прежнему обнимает друга. Созерцатель тоже проснулся. И поцелуем закрыл рот охотнику.

— Не болтай, спи. Завтра очередной трудный день, — тихо сказал он.

Алекс только снова горестно вздохнул. Действительность опять показала ему свое не самое приветливое лицо. Но он очень старался. Магия затягивала его все глубже в свой водоворот, как и новая жизнь. Он уже привык к тому, что приходилось много работать, а не только учиться. Отпраздновал с любимым свою первую зарплату, разобрался со счетами за квартиру, несмотря на то, что Тони бормотал «я сам». Нет уж, вместе, так вместе. Охотник закрыл глаза и оставшуюся часть ночи проспал без сновидений.

***

Утром Алекс все-таки пожаловался другу на, по сути, запрет на спиртное.

— Я тебя предупреждал, что будет непросто, — вздохнул Тони.

— А я еще удивлялся, почему ты почти никогда не пьешь, даже пиво…

— Мог бы спросить.

— Неудобно как-то было. Мда… Разврат и разгульный образ жизни, как боялись мои родители, мне точно не грозит, — хохотнул Алекс.

— Ага, — ухмыльнулся и созерцатель.

***

Охотник забился в угол и приготовился вздремнуть на очередной планерке. Теперь он был обязан ходить на них перед парами. Хельга, принимавшая у него вместе с Тедди тот самый экзамен, после которого он познакомился с Тони, занудно бубнила что-то несусветно «важное». Алекс только втихаря молился, чтоб друг к пятидесяти годам не стал таким же.

Охотник незаметно осмотрел присутствующих. Любимый едва сдерживал зевоту. Тедди норовил сломать стул, раскачиваясь на нем. Алиса тоже втихаря зевала. Его наставница терпеть не могла подобные собрания, отвлекающие от дел. И только Оксана старательно внимала своей учительнице. Другие коллеги, кто более, кто менее охотно, делали вид, что очень внимательно слушают завкафедрой — доктора наук. Впрочем, в магической среде «мирской» титул и должность не давали никаких преимуществ. Но планерки приходилось терпеть. Алекс с ужасом ожидал момента, когда ему придется кропать какой-нибудь отчет. А то и зачитывать подобную ахинею перед аудиторией. Так недолго и самому стать старым занудой раньше времени.

Послышался стук в дверь. Кое-кто, не до конца усыпленный речами начальства, повернул голову. Дверь открылась, и вошла одногруппница Алекса — Елена. Когда она узнала об отношениях охотника и Тони, то пару раз высказалась, что таким, как он, не место в приличном обществе. Теперь же, судя по всему, Алекса ей придется терпеть. Охотник не ошибся. Одна из старших охотниц, кажется, ее звали Дарья, поднялась и представила вошедшую, как свою новую ученицу. Свободных мест в кабинете уже не было. Кроме одного — в углу, рядом с Алексом. Елена замялась, не зная, куда ей приткнуться. Заметила, что на нее уже начали коситься. Студентке ничего не оставалось, как присесть на свободный стул рядом с охотником. Алекс ухмыльнулся.

После совещания Алекс и Елена, или как она предпочитала себя называть, Элен, пошли вместе на пары.

«Кто же мог даже представить себе, что учиться магии и работать придется вместе с этим…», — думала девушка.

Алекс сел за вторую парту, больше не ханырясь на галерке: там, действительно, было плохо слышно и видно. Одногруппница опустилась рядом с ним. Место рядом с охотником оставалось свободным с тех пор, как его отношения раскрылись.

Вошел Тони. Заметил, что любимый уже сидит не один.

Алекс открыл тетрадь и взялся за конспектирование. А то ж вздрючит друг его на экзамене, еще и издеваться потом будет не одну неделю, припоминая все ошибки.

— Конспект дашь? — спросила у охотника Элен, обычно не успевающая записывать лекции.

— Дам, — сказал Алекс, — мы ж теперь вроде как коллеги.

Она мрачно посмотрела на одногруппника. На преподавателя. А они ведь оба очень даже ничего. Если присмотреться…

***

Неожиданно для охотника Элен внезапно изменила свое отношение к нему и чуть ли в друзья набиваться не начала. Алекс подозревал, что и у нее тоже подружек поубавилось. Стать учеником мага хотели многие, но вот незадача: людей, обладающих способностями, в обществе все же побаивались и после новостей о том, что человек уже не просто студент, а еще и маг, пусть и совсем начинающий, его невольно начинали сторониться. Видимо, так случилось и с однокурсницей, хотя она, конечно, считала себя «нормальной».

— Алекс, а у тебя союзник есть? — спросила охотника Элен после пары.

Наличие фамилиара, хотя бы одного, в магической среде считалось признаком статуса и достижением.

— Ага, — кивнул тот, — дом охраняет.

Об остальных особенностях их с Тони потустороннего приятеля он решил помалкивать. Дух обожал давать советы, сопровождая их нецензурной лексикой, запасы которой он быстро пополнил, живя рядом с парнями. Запоминал их наиболее неприличные высказывания и не отказывал себе в удовольствии воспроизводить их в самый неподходящий момент.

— Ничего себе! — восхитилась девушка. — Я тоже хочу!

— А тебе твоя наставница не говорила, что можешь себе в «зоопарке» присмотреть какого-нибудь? — удивился охотник.

— Что-то такое вроде было…

Алекс ухмыльнулся, вспоминая разговоры с Тони и его высокомерное отношение к студенту. И тут его осенило. Месть за все наговоренное одногруппнице может оказаться очень забавной.

— Если хочешь, во время обеда сходим в «зоопарк», покажу тебе одного. Думаю, вы с ним можете друг другу понравиться.

— А тебя уже туда пускают? — удивилась Элен.

— Ага.

Во время большой перемены они пошли в «приют» для духов. Алекс отпер дверь и пригласил Элен войти. Пока она осматривалась, охотник взял стул, который себе облюбовал найденный летом «единорог» и вежливо предложил ей присесть. Девушка с опаской осмотрела явно не новое мебельное изделие и села.

— В этом стуле живет дух, — ехидно ухмыляясь, сообщил он.

Элен взвизгнула и подскочила.

— Да не пугайся ты так, он… Хороший. Попробуй вызвать его.

— Дурак, — нахмурилась она.

Но любопытство победило обиду, и охотница поинтересовалась:

— А что делать нужно?

— Ну… Не знаю… Поставить стул в темной комнате, зажечь свечи…

Охотника явно начинало нести.

— Опять издеваешься? — обиделась Элен.

— Самую малость, — признал Алекс. — Сосредоточься на предмете. Дарья должна была уже тебе показать, как это делать.

Элен кивнула и сделала так, как показывала ей учительница. Вскоре перед ними предстал уже знакомый охотнику «единорог».

— Какой красивый! — воскликнула она.

— Ты его еще погладь, — тихонько подсказал ей одногруппник.

— А что, можно?!

— Почему бы и нет…

«Посмотрим, что получится», — подумал Алекс.

Однокурсница подошла к духу. Тот аж засветился от потустороннего счастья.

Охотник стоял и сдерживался из последних сил, чтоб не заржать. Спугнуть духа и новоявленную приятельницу не хотелось.

Девушка тем временем прикоснулась к духу. Создание улыбалось и что-то тихонько говорило. Контакт явно был удачным.

— Пойдешь со мной? — спросила существо Элен.

— Да…

— Ты только с Дарьей поговори, пусть тебе расскажет, как с ним обращаться, чтоб он тебе не навредил, а ты — ему, — сказал Алекс.

— А со стулом что делать?

— Выбросить, — пожал плечами охотник, — он теперь за тобой пойдет. Подыщешь ему что-нибудь другое.

— У меня такой красивый браслет, — мечтательно произнесла Элен. — Хочешь? — обратилась она к духу.

— Хочу! — обрадовался тот и исчез, осваивая новое «жилище».

Выйдя из кабинета и заперев его, Алекс, снова ухмыляясь во все тридцать два, произнес:

— Не знал, что ты девственница.

Элен вспыхнула.

— Как?! Ты откуда это взял?!

— Ну… Понимаешь… Единороги себя только девственницам позволяют гладить. Историю учить надо!

— Ну ты и скотина!

— А нечего было говорить про «место в приличном обществе»!

— Ты хоть никому не скажешь?

— Маги и так все поймут.

— А что же будет, когда я?..

— Надеюсь, он тебе это простит, — заржал уже во весь голос охотник.

— Куда я попала… Ужас какой… — пробормотала Элен, и они пошли на следующую пару.

========== Мир приспосабливается ==========

На следующую ночь они опять сновидели. Все было по-прежнему спокойно, как вдруг Тони замер перед одним домом.

— Стой, Ал.

Алекс, из последних сил летавший за созерцателем, с облегчением остановился.

— Запомни это место, мы сюда завтра придем наяву.

— Угу. А что не так-то?

— Да развлекается кто-то. Сейчас подлетим поближе, проверим.

Охотник прислушался к ощущениям. Никаких черных следов он не видел, но заметил, что чувствует какие-то вибрации телом.

Тони посмотрел на него:

— Ты заметил, да?

— Я что-то чувствую. Но не такое, как раньше.

— Потому что это не дух. Это — человек. Давай залетим в окно.

Они оказались в пустой комнате. Вибрации усилились.

Созерцатель пошел по квартире. Жестом указал, чтоб Алекс осторожно шел за ним.

— Как только обнаружим, в чем дело, сразу просыпаемся.

— Да, — кивнул охотник.

Пройдя по пустой квартире, Тони наконец заглянул в ванную. И обнаружил там мужчину средних лет. Тот держал в руках, опустив в воду, зеркало. Парней он не замечал. Это говорило о том, что его восприятие не было так уж сильно изменено. Если бы подобным занимался обученный маг, он бы увидел людей в теле сновидения. И зеркало бы в его руках не дрожало. Вернее, в одиночку таким бы никто из коллег заниматься не стал во избежание всяких непредвиденных ситуаций. Но кое-что у этого мужика получалось, иначе бы никаких вибраций не было.

— Вот кретин, — прошептал созерцатель. — Просыпаемся.

На следующее утро Тони пошел к Тедди прямо с утра. Алексу написал смс, чтоб тот после пар подождал его.

Поскольку скрываться больше не было смысла, охотник, сопровождаемый косыми взглядами однокурсников, встретился с другом в коридоре возле аудитории, в которой у него была последняя лекция. Алекса так и подмывало еще и поцеловать созерцателя, но он сдержался.

Они пошли к дому, в котором жил обнаруженный ими в сновидении мужик, благо это было всего в каких-то пятнадцати минутах ходьбы от работы.

— Так что случилось-то? — решил выяснить происходящее охотник.

Тони вздохнул.

— Начитались люди книжек всяких, теперь самодеятельностью занимаются — духов из других миров вызывают. Мало им нашего мира, что ли? Нет, надо еще в другие залезть, двери пооткрывать, оттуда напустить всякого и потом это так и оставить.

— Нихрена себе! — удивился Алекс.

— Угу. А если б ты на лекциях меньше спал, и на моих в том числе, ты бы это знал и сейчас мне таких вопросов не задавал бы.

— Я не сплю, я все записываю!

— Ага, будешь мне рассказывать, — хмыкнул Тони.

Они подошли к зданию. Нужная им квартира была на первом этаже.

— Будем надеяться, что он дома. Такие обычно не шатаются по улицам, а часто и не работают.

Созерцатель нажал на кнопку дверного звонка. Им повезло — минуты через три за дверью раздалось шарканье, и заспанный голос спросил:

— Кто там?

— Откройте, мы из университета. Вы сегодня ночью занимались магией.

Дверь приоткрылась на цепочке. Тони показал свое удостоверение.

— Мы хотим с вами поговорить. Если вы откажетесь — я вынужден буду доложить о вас правоохранительным органам.

Правда, лично созерцателю еще ни разу не приходилось этого делать, да и вреда своей ворожбой маг-самоучка мог принести больше себе, чем другим, но порядок есть порядок.

Дверь захлопнулась, а потом открылась.

— Проходите, — буркнул мужик.

В квартире было темно, сыро и пахло давно немытым телом.

Они прошли в комнату, которую с большим трудом можно было считать гостиной.

Тони представил себя и Алекса. Мужика звали Олегом Терентьевичем. Был он, как верно предположил созерцатель, безработным и в свободное время, коего у него было в избытке, занимался магией, вместо того чтоб искать работу, надеясь таким образом поправить свои дела.

— Вы знаете о том, что у вас есть способности? — спросил его Тони.

— Знаю, — кивнул мужчина, — в детстве родители выяснили. Но мне это не было интересно тогда, и я их не развивал.

— А теперь, значит, решили пошаманить на досуге? Расскажите, что вы делали этой ночью, — нахмурился созерцатель.

— Духа вызвать хотел, — буркнул Олег Терентьевич.

— Зачем?

— Союзника хочу. Чтоб советы давал, как мне разбогатеть.

Тони чуть не расхохотался. Но сдержался, вспомнив, что он на работе.

— Вы понимаете, что это опасно для вашего же здоровья? Если у вас все получится — вы не сможете совладать с ним, и он вас запугает, хорошо, если только до нервного срыва. Потом он привяжется к вам, они очень любят животный страх, и вы попадете либо с сердечным приступом, либо с психозом в больницу. Затем вызовут нас, а вам потом нужна будет длительная реабилитация.

— Я так больше не буду, — пробормотал шаман-самоучка, виновато опустив голову.

— Мы проверим, — кивнул Тони.

Когда они вышли на улицу, Алекс с удовольствием глубоко вдохнул свежий воздух.

— Ну ты и зверь, — хмыкнул он, — ты его так отчитывал, что даже мне в уголок заползти хотелось.

— А что еще с ним делать? — вздохнул созерцатель, — не факт, что это подействует. А нам потом за духом гоняйся и мужика откачивай. Идем, в кафе, что ли, сходим? У Алисы я тебя на сегодня отпросил.

— Идем. Только ненадолго, мне еще потом учиться.

— Ну надо же!

— Слушай, а что бы с ним было, если б ты о нем в полицию сообщил?

— Да штраф бы вкатали. На первый раз. Но ты ж видел, ему и расплатиться-то уже нечем особо. И с интеллектом тоже, видимо, не сложилось. Вызвать духа из другого мира, чтоб тот ему советы давал, как получше устроиться в этом — это что-то. Ну откуда существу из другого мира знать о том, как разбогатеть в этом?

— Мда уж, — задумался Алекс. — А если б с ним что-то случилось?

— Вылечили, а потом все равно оштрафовали бы. А ты что, бумагу не подписывал еще разве, в которой про такое рассказывается?

— Что-то такое было, — пробормотал охотник.

— А-а, так ты не только на лекциях спишь, ты еще и должностные инструкции не читая подписываешь? Боже мой, с кем я связался!

— Кончай издеваться, не на работе уже! Вон аборигенов сколько, на них тренируйся, — фыркнул Алекс.

Что он поподписывал, было бы все же неплохо прочесть… Когда-нибудь…

— Ну спасибо, что не на кошках.

— Я те дам, на кошках!

— А ну да, как же я мог забыть, что еще одним представителем Гринписа больше стало, — ухмыльнулся Тони.

***

Через неделю Алекс сам осознал себя в сновидении. Без помощи созерцателя. Правда, секса хотелось невероятно. Тренировки наконец стали приносить видимые результаты, и, разглядывая по вечерам друга, он чувствовал, что еще чуть-чуть, и плюнет он на сновидение с высокого дерева. Тони, видя его мучения, да и сам уже изрядно соскучившись по близости, предложил облегчить страдания, но охотник только угрюмо отрицательно покачал головой.

— Чувствуешь ветер?

Созерцатель сидел, как обычно, на подоконнике. Алекс переместился к нему. Высунулся наружу.

— Угу.

— Вот за этим мы с Тедди и следим последние дни, — поделился с ним информацией Тони.

— Он опасен?

— Возможно… Пока ничего плохого не произошло.

— Вкусный ветер! — заметил дух.

— Тебе вкусно? — удивился созерцатель.

— Да.

— Он природный или рукотворный?

— Природный. Как чистая вода.

— Хм-м…

— Я бы мог слетать, посмотреть.

— Когда мы вернемся, — сказал ему Тони.

— Хорошо.

— Летим? — спросил созерцатель друга.

— Угу.

— А ведь и вправду, вкусно! — Алекс расслабился и полетел в потоке ветра, подхватившего его неожиданно мягко.

Тони присоединился к нему.

— Ух ты! Мы о таком и не подумали, чтоб так, как ты, сделать.

Тони тоже летел рядом, чувствуя, как его тело насыщается силой. Которую после пробуждения он или выплеснет, или его разорвет.

— Ал, как проснемся, тебе пиздец! — прокричал он.

— Что?! — возмутился охотник.

— Я тебя до полусмерти затрахаю!

Алекс просиял:

— Ха, это мы еще посмотрим, кто кого!

***

Следующим вечером Алекс поделился с Алисой своим достижением.

— Так ты, говоришь, летал с ветром? — переспросила она его.

— Ага. И Тони со мной летал. И сказал, что они с Тедди так не додумались сделать.

— Неудивительно, — пробормотала она.

— Почему? — удивился охотник.

— Это, вообще-то, одно из женских умений — летать с ветром. Мужчинам оно редко доступно.

— Мы так здорово полетали!

— Верю, — улыбнулась она, — и выглядишь ты подозрительно хорошо.

Алекс покраснел.

— Идем. Сегодня у нас с тобой очередная тренировка в мире желтых песков.

— Мне там не нравится, — скривился охотник.

— Мне тоже. Но ты станешь сильнее, научившись перемещаться там.

***

Тедди сидел за своим столом и задумчиво смотрел на грибы. Еще немного, и можно было высаживать грибницу в лес.

— Тэд, они с ветром летали! — хлопнула дверью Алиса и возмущенно посмотрела на мага.

— Ну и что? — пожал плечами тот.

Грибы сейчас интересовали Тедди больше.

— Тэд, что с ними происходит?

— Ой, ну подумаешь, немножко как девочки стали… Сил теперь прибавится. Ты же знаешь, женщины способнее в магии.

— Ну ничего себе, — аж села на стул Алиса.

— Можешь попробовать Алексом теперь еще и во сне заняться, — как ни в чем не бывало, продолжил Тедди, — судя по всему, Тони его уже просветил насчет энергии, раз мальчик сновидеть продолжает.

— Мда, — только и смогла сказать ошарашенная охотница.

***

Дух, полетев на выяснение причины появления ветра, вернулся через несколько дней. Он сидел на подоконнике и рассматривал кактус. Растение ему очень нравилось. Оно было такое колючее! И цветок красивый распустился. И горшок у него был красивый. Это хорошо, когда у всех красивые домики!

Тони пришел с работы, накормил котенка, который выбежал его встречать, убрал за животным. Они все-таки приучили его к лотку, и в доме наконец воцарилась чистота и порядок. Ну, раскиданные Алексом вещи — не в счет. Он открыл холодильник, чтоб взять и себе поесть. Дух нетерпеливо зачирикал.

— О, ты уже здесь! — обрадовался созерцатель, — выяснил что-то?

— Ага!

— Я поем сначала, потом расскажешь.

— Я устал. Хочу в домик свой красивый, — заканючил крокодил.

— Ты же идеален? — хмыкнул Тони.

— Идеалы тоже устают! — нахохлилась зверушка.

— Ладно, рассказывай.

— В горах открылся новый источник силы. Мир приспосабливается.

— Проведешь?

— Угу.

Созерцатель взял телефон и нашел номер Тедди:

— Наш крокоптиц говорит, что нашел источник в горах. Обещал проводить… Хорошо, сегодня возле университета… Хорошо, возьму Алекса.

Хлопнула входная дверь. Охотник разделся и вошел на кухню.

— Я голодный, как собака! Сегодня опять бродили в желтых песках.

— Брр, — вздрогнул Тони. — Наш идеал говорит, что нашел источник. Сегодня летим. Вместе.

— Ура!

Когда они легли спать, охотник только грустно вздохнул, снова погладив любимого и целомудренно чмокнув того в щечку. Тони еле сдержался, чтоб не заржать. Впрочем, ему тоже хотелось, и только из солидарности с другом он не настаивал на чем-то большем. Пропустить такое сновидение было никак нельзя.

Они подлетели ко входу в их университетский корпус. Алиса уже ждала их. Алекс восхищенно посмотрел на неё. Он впервые видел свою наставницу во сне. Охотница и наяву красивой была, а в сновидении просто блистала.

— Челюсть подбери, — усмехнулся Тони.

— Ага…

Тедди появился последним. Дух уже весь извелся. Он жаждал показать, что он нашел, желал восхвалений, а этот вредный маг опаздывает.

— Прошу прощения.

Алекс и Тедди видел впервые в сновидении. Маг выглядел совсем молодым и весь будто искрился и сиял каким-то внутренним светом. Тедди протянул руку Алисе. Она протянула свободную руку Алексу, а тот — Тони.

— Сядь мне на руку и сосредоточься на том месте, — сказал маг крокодилу.

Дух чирикнул и уселся в ладонь Тедди.

Тедди потянулся чувствами к тому, что показал ему дух. Подхватил остальных, и через несколько бесконечно долгих мгновений странного полета, будто сквозь грохочущий разноцветный фейерверк, они были в тихом месте посреди гор.

— Какая красота! — вырвалось у Алекса.

Осенний лес тихо шумел опадающей листвой. Вечнозеленые ели колыхались от ветра. Кое-где уже лежал снег. На нем были заметны следы зайцев. А из расщелины в скалах бил вихрь чистой силы.

— Боже мой… — прошептал Тони.

— Идеал, ты молодец! — похвалил духа Тедди.

— Спасибо, — надулся от гордости крокодил.

Он чирикнул и полетел купаться в этом вихре. Дух все время менял форму, становился то птицей, то крокодилом, то просто небольшим сгустком энергии.

— А он не такой, как эти черные карандашики, — заметил Алекс.

— Ага, — согласился с ним Тони. — Эй, крокоптиц, ты откуда такой взялся?

— Издалека, — фыркнул дух, — из другого мира. Там мне было скучно. А здесь меня обманули и надолго поймали в клетку. Но Тедди меня выпустил, и теперь я свободен! И мне с вами так хорошо!

— Давайте тоже искупаемся, а? — улыбнулась Алиса.

Тедди посмотрел на загоревшуюся этой идеей жену:

— Только после того, как я проверю!

— Какой у меня заботливый муж, — улыбнулась она, — так и быть, только после тебя.

Тедди осторожно приблизился к вихрю. Его пронизало силой.

— Ну нихуя себе! — забыв о присутствии учеников, совершенно неформально выразился маг.

И через несколько мгновений они, все впятером, летали, подхваченные силой источника.

— Просыпаемся, — прошептал Тедди Алисе, — а то я с ума сойду… Без тебя…

Маги исчезли, за ними улетел дух — охранять дом, а Тони и Алекс плескались еще и еще, пока не почувствовали, что и они сейчас взорвутся от полученной энергии.

На работу следующим утром опоздали все четверо.

========== Людей есть нельзя ==========

— Блин, я с этой магией монахом стану скоро! Или от спермотоксикоза подохну, — буркнул Алекс, придя домой после очередного «трудового будня» и шмякнувшись на стул на кухне.

— Что опять случилось? — спросил у него Тони.

— Алиса сказала, что теперь и сновидением со мной займется.

Созерцатель улыбнулся. Подошел к другу и шепнул ему на ушко:

— Зато ты такой тесный…

— Ты тоже, — покраснел охотник. — Но на праздники шлём всех нафиг. Далеко и надолго!

— Хорошо, — поцеловал его Тони. — Мне уже тоже крышу почти срывает. Так мало тебя…

— Мне тоже!

В сновидении Алекс встретился с Алисой в условленном месте неподалеку от их дома. Охотник надеялся, что его пришлось не слишком долго ждать.

— Ты уже быстрее входишь в сновидение, — похвалила она.

— Спасибо!

— Алекс, в сновидении ты теперь будешь заниматься тренировкой своих энергетических волокон. Твоя задача — научиться на них притягиваться к чему-либо. Я покажу тебе, как это делается. Смотри на меня, как на энергию.

Алекс сосредоточился и переключился на восприятие энергии. Наставница была такой красивой! Но к ней его так, как к Тони, не тянуло.

— Не отвлекайся, — напомнила охотница о цели их занятий.

Он вздрогнул. Увидел, как из живота Алисы вырвалось волокно энергии и протянулось к дереву. А затем она подтянулась на этом волокне.

— Теперь ты попробуй, — сказала она Алексу, — сконцентрируйся на своем животе.

Охотник сосредоточился. И через мгновение ощутил, как, словно скользя, приближается к дереву.

— Молодец, — похвалила наставница, — теперь давай к следующему.

Алекс выполнил ее указание.

Когда охотник проснулся, ощущение у него было такое, будто он вагоны разгружал. Он вспомнил, как Алиса сказала ему под конец, чтоб он не забыл постоять под проточной водой, несмотря на ночь, и только потом ложился спать дальше. Он еле встал и побрел в ванную. Теперь он понимал Тони. Больше любовь созерцателя к тому, чтоб поплескаться при каждом удобном случае, не казалась ему забавной. Ему даже секса не хотелось.

Утром он доложил другу:

— Я теперь кальмаром себя чувствую!

— Да что ж с тобой Алиса во сне делала? — хрюкнул Тони, глядя на уставшего охотника.

— Я щупальцы тренировал.

— Чего-чего?! — созерцатель аж поперхнулся.

— Энергетические волокна из живота, — буркнул Алекс.

— А-а. Ну, поздравляю.

— Мы за воду теперь не расплатимся. Я еле до душа дополз, так устал. Даже трахаться не хотелось.

— Расплатимся, — успокоил его Тони, — парочка заказов — и за все расплатимся.

— Ох, никогда не думал, что учиться магии будет так тяжело.

— Через пару лет станет легче, — сочувственно посмотрел на друга созерцатель.

— Через пару лет?! — схватился за голову Алекс, — я не доживу!

— Терплю же я твои издевательства, — улыбнулся Тони, — гоняешь меня и в хвост и в гриву. И ты привыкнешь.

— Надеюсь… Скорей бы праздники…

— Угу. Кстати… Я совсем забыл про горе-заклинателя! Помнишь, мужика с зеркалом?

— Помню, — кивнул Алекс.

— Надо будет сегодня вечером его все-таки навестить. А то пообещал тогда проверить и забыл. Как-то неспокойно у меня на душе, — поделился Тони своими намерениями с другом.

— А меня возьмешь?

— А ты хочешь? — удивился созерцатель.

— Ты еще спрашиваешь! Конечно хочу! Все интереснее, чем деревья считать.

— Хорошо.

***

Вечером перед сном Тони заварил специальные травы.

— Ух ты! Впервые вижу, как ты это пьешь после того, как мы с гор вернулись, — сказал охотник.

— Сновидение может быть сложным, Ал. Духи, вызванные как попало, тем более из другого мира, бывают опасными. Пей.

Алекс поморщившись выпил все до дна.

Пробудившись в сновидении, они полетели к дому, в котором жил Олег Терентьевич. Конечно же, мужик их не послушался.

— Ти, я след вижу возле окна! — воскликнул охотник.

— О, черт… Ал, не лезь первым! — Тони схватил любимого, готового ринуться вперед, за руку.

След был очень ярким, насыщенным энергией. И это только подтверждало гипотезу созерцателя об опасности создания.

Алекс впервые видел друга таким встревоженным. Он непроизвольно дернулся еще раз и получил очередной нагоняй:

— Ал, я не шучу. Еще раз рванешь вперед — вышибу тебя из сновидения нахрен. Все может быть очень серьезно. Или ты только наблюдаешь и не отсвечиваешь, или просыпаешься. Ты понял?

— Да, — буркнул охотник.

— Это ради твоей же безопасности… Я… Я не переживу, если с тобой что-то случится, да еще и по моей вине. Ты не должен был быть здесь, — смягчился Тони, — может все же проснешься?

— Я понял, — уже не так обиженно сказал Алекс, — не хочу просыпаться. Обещаю, что буду себя хорошо вести.

Они осторожно подлетели к окну. Тони первым залез в комнату. Охотник последовал за ним. Мужик, забившись в дальний угол, сидел, сжавшись в комок, и трясся от страха.

— В-вы?! — заметил он их.

— Мы, — кивнул Тони, — я предупреждал, что проверю. Ал, дело плохо, — обратился созерцатель к другу, — он нас видит наяву, а значит съехал с катушек. Дух, которого он-таки вызвал, тоже наверное где-то близко. Не отходи от меня ни на шаг.

— П-помогите! П-пожалуйста, — взмолился Олег Терентьевич.

— Где дух? — спросил его Тони.

— Н-не з-знаю. Он… Приходит… Кровь мою пьет…

— Да не пьет вашу кровь никто, — вздохнул созерцатель, — выглядит это так для вас.

— Он… Он такой страшный… В горло вцепляется и пьет, — бормотал мужик.

— И давно он вам… Э-э… «Кровопускание» делал? — ехидно поинтересовался Тони.

— В-вчера… Помогите, помогите, Христа ради! Он… Он говорил, что сегодня опять придет!

— Ага, это хорошо, — спокойно кивнул созерцатель, — значит сегодня его и поймаем.

Алекс, слушая разговор, невольно начал тихонько ржать. Как вдруг он заметил, что от шамана-недоучки стали исходить волны ужаса, глаза у мужика расширились, и он затрясся мелкой дрожью. Трястись, действительно, было от чего. В комнату через окно залетело нечто. Сложением оно напоминало человека, вот только голова была рыбьей. С большими, очень большими зубами в несколько рядов. На обнаженном, местами полупрозрачном теле кое-где росла чешуя. Охотника чуть не вырвало. Он вспомнил о том, как ему всегда советовал смотреть на существ Тони, и изменил свое восприятие. Перед ним была темная полупрозрачная «тряпочка», с жадностью поглощающая энергию, испускаемую несчастным.

Тони наблюдал за процессом. Спасать мужика сразу он не собирался, чтоб тот получше запомнил, что больше так делать не стоит. Почувствовал, как Алекс немного успокоился, и понял, что тот сейчас видит энергию происходящего.

— Не трогай его, — обратился он к духу, излучая отрешенную силу.

Создание, до этого поглощенное своей трапезой, переключило свое внимание на созерцателя.

— Хорошо… — сказало оно. — Здесь хорошо, много еды…

— Если хочешь, идем со мной.

— А там много еды?

— Нет, не так много.

— Тогда зачем мне с тобой идти? Тут хорошо… Вкусно!

Алекса передернуло от того, с каким удовольствием дух сказал это.

— Людей есть нельзя.

— Можно! Я ем, — ответило создание.

— Если ты не пойдешь со мной, я тебя убью, — так же спокойно сказал Тони.

— Еда… — существо снова вернулось к своему занятию.

— Оно еще и тупое, — вздохнул созерцатель, — даже для «зоопарка» нашего не подойдет.

Мужик тем временем потерял сознание от страха. А дух, осмотревшись, заметил Алекса и ринулся к нему, как к более слабому. Тот даже проснуться не успевал — так быстро существо напало. Но Тони, к счастью, оказался все же проворнее.

Охотник всем телом ощутил удар силы, исходящий от друга. Ему даже немного больно стало. А дух… «Тряпочку» разнесло на мелкие клочки, рассеивающиеся по всей комнате.

Созерцатель глянул на мужика.

— Минут через двадцать очухается. Просыпаемся. Вымоемся и пойдем к нему. Тебя не задело?

— Н-нет…

Проснувшись, Тони обнял любимого и стал целовать его.

— Я не должен был тебя брать с собой, — виновато сказал он.

— Ти, я в порядке, не переживай, — успокоил Алекс трясущегося от волнения друга, — идем в душ. А потом этому несчастью врача вызовем, или что там полагается делать.

— Ох, идем. Молчи до утра.

— Хорошо.

Через час созерцатель трезвонил в дверь квартиры горе-шамана. Охотник больше не разговаривал после сновидения и только за всем наблюдал.

— Что с зеркалом? — с порога спросил Тони Олега Терентьевича, — вы ведь снова через зеркало его вызывали.

— Д-да… Разбил… А… А оно… Оно опять придет?! По-по-помогите, — заблеял мужик.

— Нет, не придет. На ваше счастье. Я убил духа. Разбив зеркало, вы закрыли проход в другой мир. И теперь проследуете с нами.

— К-куда?

— К врачу. Одевайтесь, я вызову такси.

— Н-не… Не хочу!

— Тогда я сразу вызову и полицию, — спокойно сказал Тони.

— А… А если я пойду с вами?

— Вызову полицию, когда вам окажут помощь. Я вас предупреждал о последствиях. Вы не отнеслись ответственно к услышанному.

Олег Терентьевич только вздохнул. Сопротивляться двум молодым мужикам он сейчас явно был не в состоянии.

Остаток ночи они провели в больнице, завершая формальности. Тони сгреб очередную пачку оформленных документов, к которым, по мнению Алекса, питал нездоровое пристрастие, и на рассвете парни наконец вернулись домой.

— Ну и ночка, — вздохнул созерцатель, насыпая в джезву кофе.

— Мда уж, — только и смог ответить охотник.

***

Утром Тони пошел к Тедди.

— Учитель, я не должен был брать с собой Алекса, — виновато доложил он магу об их ночных похождениях, — я так больше не буду. Я чувствовал, что там может быть что-то не то, но пожалел его, подумал, что ему скучно и не очень интересно заниматься.

Он вспомнил о том, как ему похожее сказал незадачливый самоучка.

— Надеюсь, у тебя все же мозгов побольше, — хохотнул Тедди, пролистывая бумаги, — чем у этого… Как его там… Олега Терентьевича.

Тони только вздохнул. Глянул на время в телефоне. Через пять минут начиналась его лекция. Алекс наверняка уже сидит за партой.

— Я пойду?

— Иди, иди. Свободен.

***

Через пару дней у магов нарисовался очередной заказ. В одном небольшом ресторанчике, в котором любили иногда посидеть Алиса и Тедди, вспоминая время, когда они еще только встречались, начали происходить странные события. Со стен падали фото. В баре разбивались бутылки со спиртным. Какое-то время это происходило по ночам, но потом стало случаться и тогда, когда в кафе были посетители! А заведению предстоял корпоратив. И если на вечеринке очередная фотография в не самой легкой рамке полетит прямиком в голову кому-то из подвыпивших гостей — вряд ли они этому обрадуются.

Хозяйка кафе была человеком верующим и сначала позвала церковников. Те спросили, грешила ли женщина, но, как назло, никаких крупных грехов за ней не водилось. Маги были ее давними клиентами, и она скрепя сердце решила обратиться к ним за помощью. Те отказывать не стали. Деньги никогда не помешают, а заодно пусть и ученики потренируются.

***

— Идем, — объявил Тони выходящему из аудитории Алексу.

Созерцатель хмуро посмотрел на пялящихся на них студентов. Алекс, как обычно, выглядел приветливым, несмотря на то что однокурсники сторонились его. Не так, чтоб уж совсем открыто, но косых взглядов хватало. Тони подозревал, что друг еще и обнял бы его при встрече, как делали многие. А он бы вовсе не возражал…

Пока они шли к центру города, созерцатель думал о том, что идея любимого с отъездом не такая уж переворачивающая все на свете с ног на голову. Вести себя на людях так, как им сейчас приходилось, нравилось ему все меньше и меньше. И семью он тоже хотел. Замуж, жениться — неважно. Лишь бы с ним. Навсегда.

Алекс не выдержал, глядя на мрачного, как нависшие над городом тучи, друга.

— Ти, ты чего такой смурной? Уже не первый день.

— Ох, Ал… Давай дома поговорим?

— Ладно.

Кафе находилось в исторической части города. Парни зашли в заведение, которое назвал Тедди созерцателю, и попросили позвать хозяйку. Алекс включил свое обаяние — а после занятий с Алисой он научился еще больше и быстрее располагать к себе людей, когда он этого хотел, или это нужно было для дела — и через десять минут они уже пили кофе вместе с женщиной. Та представилась как пани Стефа и вскоре после начала разговора уже жаловалась магам на свою жизнь во всех подробностях. Алекс только согласно кивал головой, выслушивая поток сознания клиентки. Тони тоже внимательно слушал, но ничего подозрительного не обнаружил.

Он попросил разрешения осмотреть заведение. В кафе кроме первого этажа обнаружился еще и очень уютный подвальчик. Хозяйка с гордостью сказала, что как раз недавно расширила помещение и сделала в нем ремонт. Пожаловалась, что проценты по кредиту высокие, но если маги помогут ей, то за праздники она сможет хорошо заработать, ведь туристов приедет на Новый Год и Рождество очень много. А все приезжие любят хороший кофе, уютные ресторанчики и достопримечательности.

— Посмотрите, какой собор через дорогу, — восхитилась пани Стефа.

— Ага, барокко, — кивнул Тони. — А вы, когда подвал расширяли, разрешение получили на это у властей? Это же историческая часть города, тут у нас под ногами века человеческой и не только деятельности.

Хозяйка пробормотала что-то про кума, который помог ей получить необходимый документ в обход формальностей, и созерцатель понял, что выкопать могли там все что угодно.

— Уходим, — тихо сказал он Алексу.

Они попрощались с пани Стефой и вышли на улицу.

— Мда, собор действительно красивый, — задумчиво посмотрел на церковь Тони.

— Думаешь, она там что-то раскопала в подвале? — спросил у него Алекс.

— Вполне вероятно. В сновидении проверим.

Охотник только сжал кулаки.

— Ти, как ты терпишь, а?

Друг усмехнулся.

— Привык за десять лет.

— Неудивительно, что потом искры из глаз, — пробормотал Алекс, вспоминая их бурное начало отношений.

— Тебе, вроде как, все понравилось? — ухмыльнулся Тони.

— Ох, идем. А то еще и дождь начинается.

— Идем.

Дома, поужинав, Алекс снова спросил:

— Так что происходит? Вроде ж хорошо все. Все никак этих духов из головы не выкинешь?

— И это тоже, Ал. Они не просто так предупреждают. Они не умеют врать.

— А еще что?

— А еще я думаю о твоей идее насчет отъезда отсюда…

Алекс только вздохнул.

***

Ночью они прилетели к собору, неподалеку от которого было расположено злополучное кафе. Зависли в воздухе, метрах в десяти над землей, чтоб осмотреть окрестности. Тони только присвистнул. Возле еще одной церкви, находящейся рядом, было что-то, похожее на строительство или на руины. А собор окружал самый настоящий лабиринт, созданный, вполне вероятно, для защиты здания. В середине этого сооружения и стояла церковь. Его невысокие стены на вид были похожи на кирпичную кладку, неровно покрытую кое-где уже изрядно облупившейся штукатуркой. Внутри по дорожкам кто-то ходил. Но, к счастью, магов не заметили. Тони изменил свое восприятие. Стены были сотканы из мерцающей энергии природного источника, бьющего из земли в центре собора.

— Посмотри на лабиринт, как на энергию, — сказал созерцатель обалдевшему Алексу.

Когда охотник было двинулся туда, чтоб рассмотреть все поближе, Тони схватил его за руку и удержал возле себя.

— Туда не суемся! Ал! Мало тебе прошлого раза?!

— Ой… Не буду.

Алекс обнял Тони, показывая, что больше никуда не дернется, кроме как навстречу ему. Прижался.

«Ал… Мы же работаем…»

«Мне так приятно, что ты обо мне заботишься… Люблю тебя…»

«Я… Я тебя тоже…»

Они осторожно подлетели, стараясь не приближаться к границам лабиринта, к дому, в котором был ресторанчик. Зашли в него и спустились в подвал. В сновидении место выглядело несколько иначе. Изменения, произведенные наяву, только начинали проявляться во втором внимании. И тем, что хозяйка самовольно расширила подвал, она вторглась в сооружение, окружающее собор и расположенное еще и под землей. Энергия, наполняющая защитный контур, вырывалась вспышками в опустевшее пространство, не закрытое стенами и фундаментом, и эти «выхлопы» и создавали то, что в просторечии называли полтергейстом. В итоге плохо было всем: собор терял защиту, а кафе — посетителей.

— Просыпаемся, — скомандовал созерцатель.

***

На следующее утро они пошли к Тедди. Тот позвал Алису, и Тони рассказал им, что же они с Алексом обнаружили.

Маг только покачал головой:

— Вот, я всегда говорю, что бардак до добра не доводит!

— Странно, что церковники ей ничего не сказали, — удивилась Алиса.

— Может они и сами не в курсе, что у них происходит, — пожал плечами Тедди, — у вас же церковь не поощряет занятия сновидением. Надо будет с ними поговорить как-нибудь… На досуге.

Разговаривать с хозяйкой пошли старшие.

— Что же мне делать? — всплеснула руками огорченная пани Стефа.

— Верните подвал в предыдущее состояние. Постепенно изменения, которые вы произведете наяву, повлияют и на реальность за пределами яви. Границы восстановятся, и со временем все явления прекратятся, — сказал ей Тедди.

Хозяйка только схватилась за голову. Но делать было нечего, неприятностей с церковью она боялась как огня.

Повлиял ли этот случай на ее склонность решать вопросы посредством взяток — «науке не известно». Зато на хорошее игристое и на подарки на Новый Год и Рождество Тони и Алексу теперь денег хватило.

========== Теперь у тебя есть я ==========

Перед Новым Годом Тони хмуро сказал учителю:

— Дежурить не пойду. И Алекса не пущу.

Тедди заржал.

— Что, свил себе гнездо и теперь будешь гнездиться?

— Буду, — зыркнул на него созерцатель.

Маг тепло ему улыбнулся и дружески похлопал по спине:

— Больше не возражаешь, что не девочка?

— Не возражаю, — вздохнул Тони.

Тедди ухмыльнулся:

— А «спасибо» своему старому учителю сказать, а?

— Ох… Спасибо, Тедди.

— То-то же! Иди, гнездись. И чтоб без хорошего настроения на работе после каникул не появлялся!

— И сновидеть не буду.

— Да понял я уже, понял. Не буду тебя мучить. Надо же! Впервые за десять лет от тебя услышал, что ты сновидению что-то другое предпочел. Чуть-чуть осталось, и закончится твое ученичество.

— Уже больше, чем десять лет, — тихо сказал Тони.

Ему вдруг стало очень грустно из-за слов мага. Собравшись было уйти, он почему-то замер и стоял, совсем растерянный.

— Да? Как время бежит. Иди, иди к своему Алексу. Зря я, что ли, с вами работал? — улыбнулся Тедди. — Любишь его?

— Угу… — созерцателю было неловко вести такой разговор с учителем, но, как, наверное, догадывался маг, ему больше не с кем было поговорить. — Очень, — еле слышно добавил Тони.

Тедди задержал свою теплую ладонь на спине ученика.

— Иди…

Когда созерцатель вышел, маг тоже вздохнул и сел за свой стол дописывать последнюю предновогоднюю «бюрократию».

***

Тридцатого декабря Алекс с Тони пришел к своим родителям. Надвигались холода, и пора было наконец забрать и теплые вещи домой.

Охотник, чертыхаясь, рылся в своем старом шкафу и пытался найти нужные шмотки, а Тони сидел с книжкой возле письменного стола и ждал, когда же теперь уже друг, который частенько шпынял его за неторопливость, сам перестанет копаться. В комнату заглянула Ирина и позвала их поесть.

«Ну вот, не успели вовремя смыться», — подумал созерцатель.

Отказывать было неудобно, и он поплелся за охотником на кухню. Алекс по-прежнему питал слабость к котлетам, которые сам так готовить и близко не умел, а Тони обзывал подобную еду нездоровой и делать такое отказывался.

— Новый Год с друзьями праздновать пойдешь? — спросила мать сына.

Охотник уписывал очередную крайне нездоровую котлету и только отрицательно помотал головой. Когда наконец прожевал, сказал:

— Нет. Мы с Ти праздновать будем дома.

Подумал, и его осенило:

— Елку хочу!

Тони уставился на Алекса. Когда любимый выдавал что-то подобным тоном, можно было не сомневаться — приволочет. Созерцатель считал вырубание елок плохим отношением к окружающей среде, но, судя по всему, ему стоило готовиться и к присутствию дерева в квартире, и к елочным игрушкам… И, весьма вероятно, к перевернутому подросшей кошкой зеленому насаждению со всей навешанной на него мишурой. Тони вздохнул. Впрочем, ради того, чтоб отпраздновать Новый Год с возлюбленным, он был готов стерпеть и елку, и игрушечное побоище, которое наверняка устроит кошка, и фейерверк в придачу.

— А на Рождество придешь? — снова спросила мать Алекса.

— Придем, — кивнул головой сын.

Ирина покосилась на Тони. Охотник заметил это и сказал:

— Мама, мы придем вместе. Или будем праздновать тоже дома.

Созерцатель молча сидел за столом и ковырялся в своей тарелке, не вмешиваясь в разговор.

Женщина вздохнула. Хотела было сказать, чтоб Тони шел праздновать к своим родителям, но потом вспомнила, что ему не к кому идти. У неё сжалось сердце, и она поняла, что Алекс никогда не поступит так жестоко, тем более по отношению к парню, с которого вот уже полгода глаз не сводил и всегда приходил с ним вместе.

Однажды она все же побывала у них в гостях. Удивилась чистой, скромно обставленной, но, несмотря на это, уютной квартире и весело скачущему с игрушкой холеному котенку. Пропадать без опеки родителей её сын, похоже, ни разу не собирался. И возвращаться обратно тоже.

Дожевывая еще одну котлету, охотник пошел дальше рыться в своих вещах. Тони с облегчением вздохнул и поднялся из-за стола.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил он.

— На здоровье, — кивнула ему мать Алекса.

***

Тридцать первого Алекс наконец затащил елку на последний этаж и стоял, разыскивая ключи в кармане. Дверь квартиры напротив открылась, и из неё вышла соседка с сыном.

— Привет, — улыбнулся им Алекс.

— Привет, — улыбнулась в ответ Светлана.

Жила она одна с сыном и иногда заходила в гости к парням вечером. Охотник старался поддерживать дружеские отношения с соседкой, которая была ровесницей Тони.

— Алекс! Елка! — закричал малыш, — мама, а где наша елка? Хочу елку!

Девушка вздохнула и попыталась объяснить ребенку, что елка большая, и она её не донесет. Пообещала купить ветку. Малыш был на грани того, чтоб разреветься.

И тут Алекса в очередной раз осенило:

— Приходите к нам Новый Год праздновать, если не спланировали еще ничего?

Девушка растерянно посмотрела на соседа, на сына. Увидела, что глаза Матвея загорелись.

— А твой парень возражать не будет? — спросила она.

— Против чего я возражать не буду?

Тони как раз поднялся по лестнице и услышал только последние слова. Алекс улыбнулся ему своей самой неотразимой улыбкой.

— Против празднования Нового Года с друзьями у нас.

Созерцатель посмотрел на друга, загоревшегося идеей веселого праздника. На малыша, зачарованно глядящего на елку. На смутившуюся соседку.

— А фейерверк? — ухмыльнувшись, спросил он в ответ.

— Точно! И как же я мог забыть! — все так же улыбаясь, сказал ему охотник, — а мы за ним успеваем в магазин?

— Да.

***

После того, как парни запустили фейерверк, малыша соседка уложила спать. Они втроем сидели, подстелив плед, на полу в комнате под елкой. О чем-то бормотал ноутбук, приспособленный созерцателем под телевизор. Алекс самозабвенно резался в «Монополию», которую тоже забрал от родителей, с девушкой. Елка мигала огоньками, а за окном завывала метель. Кошка давно удалилась в спальню, недовольно дернув хвостом по поводу творящегося безобразия в её и только её доме.

Тони прижался к любимому и тоже пытался принимать участие в игре, чувствуя, что засыпает, разморенный вкусной едой и теплом.

Созерцатель спал, положив голову на колени другу. Алекс время от времени гладил его по голове, от чего Тони во сне тихонько стонал.

— Он так любит тебя, — тихо, чтоб не разбудить спящего, сказала девушка.

— Угу, — кивнул охотник.

— И ты его тоже…

— Да. Желаю и тебе найти свое счастье в Новом Году.

— Спасибо, — вздохнула Светлана. — Я, наверное, пойду.

— Спасибо, что пришла.

Алекс осторожно встал. Тони так и не проснулся.

— И вам спасибо, что позвали, — улыбнулась девушка.

Охотник проводил гостью, вернулся в комнату. Сел возле друга и какое-то время просто смотрел на него.

— Идем спать, сладкий мой, — разбудил созерцателя тихий голос Алекса.

Тони приоткрыл глаза и посмотрел на возлюбленного. От таких слов у него перехватило дыхание, а солнечное сплетение сжалось от счастья. Соседка ушла, елка все так же мигала огоньками, а за окном по-прежнему свирепствовал ветер и шел снег. Он, похоже, уснул, свернувшись, прямо на пледе, расстеленном на полу.

— Ты ведь знаешь, что ты сладкий, правда? — шептал охотник, запуская руку под свитер любимому.

От ласки Тони развернулся и хотел было сесть, но Алекс прижал его к полу. Расстегнул его джинсы и продолжил.

— Нет, я не…

— Ты такой сладкий… Безумно…

— Люблю тебя, — только и мог шептать в ответ созерцатель, ощущая, как друг стаскивает с него свитер, джинсы, как окутывает его своим теплом, обнимает и ласкает, как поворачивает на бок, а затем погружается в его тело все глубже и глубже.

— Сладкий… — повторял Алекс, целуя сонного возлюбленного, овладевая им все полнее. — Сладкий и мой… Только мой…

— Твой, только твой…

Так полностью и не проснувшись, созерцатель после секса добрел до спальни и забрался под одеяло. Кошка опять дернула хвостом и гордо ушла спать на плед в другой комнате.

Алекс тоже лег в постель и улыбнулся, замечая, как Тони, засыпая, льнет к нему, уже не отворачиваясь, как раньше, от любимого. Охотник лежал, обнимал друга и не мог уснуть. Вспоминал прошедший год и думал, что так он еще Новый Год не встречал. Алекс прижал к себе любимого, снова улыбнулся тому, как Тони, уже во сне, еще плотнее прижимается к нему в ответ, и наконец тоже смог уснуть.

***

В один из последних дней Новогодних каникул у Алекса зазвонил телефон.

— Да. Хорошо, мама. В двенадцать — нормально.

Тони сидел за столом на кухне и писал в своем блокноте. Охотник подошел к нему и со вздохом сказал:

— Моя мама звонила. Хочет завтра в двенадцать дня прийти.

Созерцатель поднял голову и посмотрел на любимого:

— У меня нет никакого желания сегодня или завтра идти на улицу за чем бы то ни было.

— У меня тоже, — ответил Алекс, — а мы почти все вкусное съели.

— Угу, — кивнул Тони. Подумал, а потом его осенило: — Может испечь что-нибудь?

— А ты умеешь? — удивился охотник.

— Да.

— Ну ничего себе!

Созерцатель поднялся и пошел проверять, что у них есть из продуктов.

— Тебе помочь чем-то? — спросил охотник любимого.

— Лучше не мешать, — улыбнулся ему друг, — я давно таким не занимался.

Алекс вздохнул и пошел собирать шмотки, которые он в очередной раз пораскидывал по дому. Тони, конечно, боролся по мере своих сил с хаосом, но сподвигнуть охотника на уборку мог разве что приход гостей.

Когда запах с кухни стал нестерпимо вкусным, Алекс не выдержал и заглянул туда.

Созерцатель как раз вытащил пирог из духовки. Глянул на любимого и заметил, что глаза у того зажглись голодным огнем.

— Даже не вздумай сожрать это сегодня! — засмеялся Тони.

Охотник не сводил глаз с пирога.

— Ал, это на завтра. И он горячий!

— Ти… Я… Сначала я сожру пирог, а потом тебя…

— Я несъедобный, — улыбался созерцатель.

— Очень даже съедобный…

Алекс дождался, пока Тони поставил противень на плиту, и подошел к другу.

— Или сначала все же тебя, а потом пирог…

Обнял возлюбленного. Потерся об него.

— Чем же мы будем угощать твою маму? — спросил у него созерцатель, — в магазин не пойду!

— Я тоже… — вздохнул охотник, — значит, сожру половину… Только из-за того, чтоб мама удивилась твоим талантам…

— Да какие там таланты, — смутился Тони.

— А потом хочу целый… Для нас… Для меня…

Алекс удовлетворился всего лишь третью, позволив себя уболтать, что утром, с кофе, будет тоже очень вкусно. На уговоры он поддался только после того, как парни чуть не сломали стол на кухне.

***

Ирина сидела на их кухне за столом и пила кофе. Тони и Алекс смущались, вспоминая вчерашний вечер и то, как стол предательски скрипел под ними.

— Где же вы такой пирог раздобыли? Очень вкусно, но на магазинный он не похож, — спросила женщина.

— Это Ти сделал, — сказал охотник.

Он посмотрел на созерцателя таким влюбленным взглядом, что у Ирины сжалось сердце.

— Вы же себя ведете как семейная пара, — прошептала она, — пироги печь начали…

— И что? — с вызовом в голосе ответил ей Алекс, — мы и есть пара.

Ирина только вздохнула.

— Как же ты готовить научился? — спросила она у Тони.

— Я с шестнадцати лет один живу. Денег мне иногда не хватало, пока с работой не утряслось, а поесть вкусно хотелось, — признался он, — вот так и научился.

«Лучше бы я не спрашивала», — подумала Ирина. От полученного ответа у нее опять сжалось сердце.

Алекс не выдержал и накрыл своей рукой руку любимого.

«Он же теперь только еще сильнее его любить будет», — поняла она. И не ошиблась.

Не сводя глаз с созерцателя, охотник сказал:

— Теперь у тебя есть я.

Тони посмотрел на него и, забыв о присутствии матери Алекса, потрясенный таким поведением друга, тихо ответил ему:

— Я сделаю тебе столько пирогов, сколько ты захочешь.

Ирина с трудом сдержалась, взяла в руки чашку с кофе и сделала вид, что не заметила такого до боли простого и искреннего проявления их чувств.

Когда мать Алекса ушла, охотник сказал другу:

— Ты мне не говорил, что так рано один остался. Если не секрет, как ты ремонт сделал? Это же очень дорого.

— Наследство мне досталось от бабушки несколько лет назад, — вздохнул Тони, — я его попусту не трачу, но на ремонт взял деньги.

***

Перед окончанием каникул парни опять зашли к родителям охотника. Почти все Алекс перетащил уже домой. Осталось еще совсем чуть-чуть барахла. Тони стоял и смотрел в окно, пока друг метался по комнате, громыхал ящиками стола и дверцами шкафа, выгребая последние нужные вещи. Наконец в комнате стало тихо. Созерцатель обернулся и встретился взглядом с Алексом, подошедшим к нему вплотную. Охотник обнял любимого.

— Ал, нас могут увидеть твои родители…

— Так люблю целовать тебя, — отвечал друг совсем тихо.

— Я… Я тоже… — противостоять ласке Тони не мог. И не хотел.

Забыв обо всем, они целовались. Так их и увидела мать Алекса, как обычно, пришедшая позвать их обедать. Парни ничего не замечали, поглощенные друг другом. Дверь в комнату охотник не закрывал, да она и не запиралась, даже если бы он захотел это сделать. Ирина постучала о дверной косяк. Они обернулись на стук. Алекс посмотрел затуманенными глазами на мать.

— Мы сейчас придем обедать, — прокашлявшись, сказал охотник, так и не выпустив созерцателя из объятий.

— Нас все-таки увидели, — пробормотал Тони.

— Угу, — Алекс снова потянулся к губам любимого.

Созерцатель отвечал на поцелуй, не отстраняясь. Ему было очень не по себе, но не быть собой, не прикасаться к возлюбленному, не проявлять свои чувства, он больше не мог.

— Не могу, не хочу больше скрываться, хотя бы здесь, — прошептал он, наконец оторвавшись от Алекса.

— Я тоже, — ответил ему охотник.

Отдышавшись, они пошли на кухню.

— Дома до сих пор не нацеловались? — проворчала мать Алекса.

— А мы сейчас где? — посмотрел на нее сын, нахмурившись.

Ирина вспомнила, что видела их в комнате Алекса, в которой он прожил так много лет. Ей стало очень горько от того, что она уже не считала, что тот по-прежнему в своем доме, в своей комнате. И он всего лишь целовался. Если бы на месте Тони была девушка, она бы еще и переночевать ей у них предложила.

***

После праздников Тони получил не очень приятный сюрприз. Его ожидания неприятностей, о которых он молчал и больше ими ни с кем не делился, начали воплощаться в жизнь. Тени в сновидении продолжали жить своей отдельной, уже довольно бурной жизнью. Ветер ощутимо усилился. И хотя больше ему неугомонных самоучек не попадалось на глаза, появилась мелкая живность, которую привлекала энергия ветра. Не только магам понравилось купаться во «вкусном» источнике.

Вскоре появилась первая жалоба на проделки духов. Затем еще одна, и еще. А потом жалобы посыпались сплошным потоком. Вместе с коллегами он теперь по ночам занимался тем, что отлавливал мелких существ. Иногда приходилось просто убивать, чтоб создания не вредили людям. Маги даже духов из «зоопарка» привлекли для помощи.

Когда однажды Алекс заикнулся было о том, что тоже хочет поучаствовать в коллективных ночных бдениях, Тони мрачно на него зыркнул и заметил, что и на век охотника неприятностей еще хватит. Созерцатель нашел другу относительно безопасное место неподалеку от дома и сказал, чтоб тот тренировался там. Учил все, что показывала ему Алиса, и не совался пока никуда.

***

А Алексу наставница сказала, что его ждут новые тренировки в сновидении. Тот только смиренно вздохнул.

— Ты будешь учиться дышать, — скомандовала она, встретив его во сне, как обычно.

— Разве это возможно? — удивился охотник.

Он в очередной раз как завороженный смотрел на наставницу, сидящую на ветке дерева в форме птицы и смотрящую на него то одним глазом, то другим. Алекса до сих пор пробирал мороз по коже, когда она его так пристально рассматривала.

— Конечно. Это просто. Рефлекс. Сложно только не проснуться поначалу. Когда у тебя это получится, ты почувствуешь прилив сил и постепенно научишься получать энергию в сновидении не только из природных источников или от ветра. Пошел!

Алекс попробовал вдохнуть. Почувствовал, что может проснуться, но каким-то чудом все же удержался в сновидении.

— Еще, — потребовала наставница.

Через пару вдохов и выдохов, получавшихся с каждым разом все лучше, охотник почувствовал, как все его тело наполняется силой.

Алиса хрипло не то каркнула, не то рассмеялась.

— Вот видишь, как просто! До встречи на работе.

Она еще раз пронзительно глянула на него и подмигнула ему одним глазом:

— Созерцателя своего смотри не замучай, как проснешься. У Тедди для него завтра работа тоже.

Ведьма улетела по своим делам. Алекс удивленно посмотрел ей вслед. Сил, действительно, прибавилось! Он немного полетал, потом еще подышал.

Проснувшись, обнаружил, что у него стоит колом, и что если он сейчас не отымеет друга, то двинется мозгами. Желание было еще более интенсивным, чем раньше, когда они летали с ветром и купались в источнике.

«Ну нихрена себе сказочки», — подумал он и принялся будить Тони, надеясь, что тот просто спит, а не тоже сновидит.

Созерцатель, к счастью, не сновидел. Когда проснулся от прикосновений друга, заметил, что глаза у того горят странным огнем.

— Ты что делал?

— Дышать учился, — прошептал Алекс, ощущая как сила переполняет его.

— У-у… Я так понимаю, мне пиздец в ближайший час?

— Какой ты догадливый, сладкий мой…

========== Ты будешь моим ==========

В феврале, сдав наконец все экзамены, в пятницу вечером Алекс блаженно валялся на кровати. Гладил кошку и слушал музыку. Он уже почти уснул, убаюканный мурлыканием животного, как вдруг вспомнил о недоделанном осенью деле! Нет, это определенно оставлять просто так было нельзя. Его любимый временами был хуже Мурзи! Та и то быстрее к лотку привыкла, чем Тони к ношению нормальной одежды. А ведь пора было готовиться к весне!

Тут и созерцатель вошел в комнату.

— Завтра идем по магазинам! — объявил Алекс другу.

— Что, опять? — скривился Тони.

— Не опять, а снова! Весна скоро.

— Я только пару-тройку книг себе присмотрел, — обреченно вздохнул созерцатель.

— В интернете скачаешь.

— Там иллюстрации красивые… — мечтательно протянул Тони.

— Ага, и стоит каждая, как самолет.

Одним словом, Алекс был неумолим. Вот только почему-то остановился всего после двух шмоток. Когда созерцатель увидел, куда друг его еще волочит, с ним чуть припадок не случился!

— Без украшений образ не завершен! — тоном, не раз слышанным Тони от Алисы, заявил охотник, — я осенью не успел, много всего купить нужно было. Но теперь не отвертишься!

Сначала созерцатель рассказывал, как блеск камней и металла действует на его внимание, потом о том, на кого он будет похож. Еще минут пятнадцать он издевался по поводу золотых цепей и серег в ушах, но Алекс слушал друга вполуха. В конце концов, имеет же человек право сопротивляться? Он, вон, тоже сопротивлялся в начале их отношений.

— Не надену, — упирался Тони, когда достойный ученик своей наставницы пытался нацепить на него очередную побрякушку.

— Тебе идет, — уговаривал охотник любимого.

Но созерцатель отказывался от всего.

Алекс тяжко вздохнул.

— Ну что-то же ты оденешь, а?! — в отчаянии возопил он.

Тони задумался. Вообще-то, ему понравилось очень многое из того, что предлагал из одежды друг. Но украшения он не любил, они его раздражали, и привыкнуть ни к чему он так и не смог, хотя видел, что другие вовсе не прочь нацепить на себя что-нибудь, независимо от пола и возраста. Татуировки он тоже не выносил и был рад, что Алекса, по крайней мере пока, не посетила идея себя как-то разукрасить и этим способом. И тут его осенило. Он ухмыльнулся.

Охотник насторожился, увидев, что внезапно друг подозрительно повеселел, как будто и не выглядел всего лишь минуту назад самым несчастным и подло истязаемым человеком на свете.

Глаза созерцателя заблестели.

— Надену! — наконец соизволил объявить он.

Выдержал паузу, тоже заметив, что Алекс как-то подобрался.

«Кошмар, неужели я и в этом на Тедди похож становлюсь?» — Тони внезапно поймал себя на мысли, вспомнив, как иногда ухмылялся маг, готовя очередную каверзу.

— Ну не томи же!

«Мда, ну и вид у меня был», — снова подумал созерцатель, смотря на охотника и вспоминая свое обучение.

Тони осмотрелся, не пялится ли на них кто излишне. Но все были заняты своими делами. Все так же улыбаясь, он поманил Алекса к себе. Когда друг подошел ближе, шепнул ему на ухо:

— Кольцо обручальное надену. Подаришь?

Наслаждаясь произведенным эффектом и внезапно понимая, сколько удовольствия иногда, оказывается, получал учитель, когда возился с ним, он смотрел на остолбеневшего Алекса.

— Ну ты и чудовище! — наконец смог выговорить охотник, — под стать Тедди.

Тони виновато развел руками.

— Не удержался, — широко улыбнулся он.

Алекс только покачал головой и пошел выбирать кольцо. На все оставшиеся в запасе после ухода от родителей деньги.

— Пошлятину не надену, так и знай! — заявил Тони охотнику и выскочил из ненавистного магазина.

С облегчением вдохнул свежий воздух и осмотрелся. Даже серые дома и отсутствие листвы на деревьях, унылые лица прохожих — все это было лучше, чем терпеть невыносимый блеск безвкусной бижутерии, которой был переполнен магазин. Замечтавшись, вздрогнул, когда Алекс вышел из магазина и подошел к нему. А потом парни все же пошли за книгами. На парочку денег осталось.

Вернувшись домой, созерцатель кинул купленные вещи на кровать, подошел к окну и открыл наконец вожделенное печатное издание. Он полностью погрузился в изучение приобретения, с наслаждением отключившись от всего происходящего, когда внезапно почувствовал, как друг приобнимает его сзади и целует в шею. Закрыл книгу, положил ее на подоконник и развернулся.

— Ты думал, ты от меня сбежишь, да? — тихо спросил Алекс, — из магазина, потом к книжкам своим? Думал, я тебе пошлятину куплю, да? Тедди больше тебе от меня удрать не поможет.

Тони невольно попятился. Уперся в подоконник и чуть не смахнул с него книгу.

Охотник протянул открытую коробочку любимому.

— Спасибо, — только и смог ответить созерцатель, беря подарок.

Дрожащими руками он надел перстень на безымянный палец правой руки. Кольцо село как влитое. Как охотник посреди гор хлама сумел отыскать красивую вещь — осталось для Тони загадкой.

— Ты будешь моим, — тихо, не спрашивая, а утверждая, произнес Алекс, смотря любимому в глаза.

— Буду. А ты — моим, — не отвел взгляд друг.

— Буду.

Вечером, улегшись в постель с урчащей кошкой под боком, созерцатель читал книжку, прокручивал на пальце перстень, который не снял бы и под дулом пистолета, и тихо млел от счастья.

Завтра, в воскресенье, нужно было идти к родителям Алекса праздновать годовщину их свадьбы. Охотник, как обычно, без друга отказался приходить, и родителям пришлось нехотя согласиться лицезреть и Тони на семейном празднике. Но даже это не портило настроения.

— Ал…

— Да?

Алекс был уже одной ногой во сне. Самое время поговорить, не иначе.

— Ты же мог меня нахрен послать… Ну, с кольцом.

— Мог.

— Почему не послал?

— Ты с него глаз не сводишь. И счастливым таким я тебя еще никогда не видел, как сегодня вечером. Ты ведь хотел, чтоб я тебя снова догнал, правда?

— Правда, — шепнул едва слышно созерцатель. — Я больше не буду от тебя убегать.

— Ох, свежо предание, — хмыкнул охотник. — Убегай. Я тебя все равно догоню.

— Правда?

— Правда. Спи уже, несчастье… Еще меня заинькой называешь… А сам как кролик от меня бегаешь.

— Бегаю, — вздохнул Тони.

— Спи…

***

Во время ужина отец Алекса, едва выносящий присутствие Тони за столом, не выдержал. Он заметил на пальце созерцателя перстень, как только парни пришли, и ему было очень любопытно, откуда у скромного молодого преподавателя взялась такая достаточно дорогая вещь.

— Это где же ты такое кольцо взял? — спросил он.

Владислав еле сдержался, чтоб при жене и сыне не сказать «где насосал». Впрочем, когда он говорил с Тони по телефону, то в выражениях обычно себя не стеснял.

Пару раз созерцатель пожалел, что оставил свой номер родителям Алекса, но делать было нечего — будущих родственников приходилось терпеть. Хотя о том, что и им придется смириться с его присутствием в семье, Ирина и Владислав пока не знали. Судя по всему, как раз до сегодняшнего ужина. Тони переглянулся с Алексом. Охотник посмотрел на друга и тихо сказал:

— Все равно бы всплыло, Ти. Рано или поздно…

Созерцатель вздохнул и ответил:

— Подарок.

Помолчал и добавил:

— Это подарок Алекса. Обручальное кольцо.

За столом повисла очень длинная пауза.

Ирина чуть не выронила вилку из руки.

Охотник накрыл своей рукой руку возлюбленного.

— Мы любим друг друга, — сказал он родителям, — и если получится, узаконим наши отношения.

— Как же вы это сделаете? — тихо спросила мать сына.

Алекс пожал плечами.

— Что-то придумаем. Не у нас, так в другой стране. Это все равно лучше, чем ничего.

Отец Алекса решил не портить праздник и только сжал столовый нож в кулаке. Взгляд его не предвещал ничего хорошего. Вот только сыну скоро исполнялось двадцать четыре, и подзатыльник ему, как в детстве, уже было не так-то просто отвесить. Мелкий засранец был в отличной форме, во многом благодаря его же усилиям, и готов был драться за себя и своего приятеля, защищать, тоже, конечно же, по папиному научению, родных и любимых. Оставалось пожинать плоды воспитательного процесса. Да и тощее несчастье, на которое запал его сын, подозрительно, не иначе как под влиянием Алекса, несколько раздалось в плечах за полгода.

Когда парни ушли домой, Ирина расплакалась.

— Они любят друг друга… Я надеялась, что у Алекса это пройдет, а они… Пожениться… Или как это назвать-то… Даже не знаю… Хотят…

Владислав обнял её. И подумал, что лучше бы он не спрашивал, откуда у простого преподавателя такая вещь.

***

На полдороге домой Алекс внезапно встал посреди дороги как вкопанный. Тони удивленно посмотрел на него.

— Ти, я со всем этим напрочь забыл… Сегодня же праздник!

— Какой? — удивился созерцатель.

— День святого Валентина! Когда мои родители поженились, его еще не праздновали, потом они шутили, что так все совпало, а потом забыли. Им этот праздник не понятен уже.

— Это…

— День всех влюбленных, балда! Только не говори, что ты не знаешь!

— Знаю, — улыбнулся Тони.

— И у меня есть идея!

Алекс замолчал. Созерцатель настороженно посмотрел на друга. Охотник ухмыльнулся, готовя «очень страшную месть» за кольцо:

— Боишься?

— Очень! — подмигнул ему Тони в ответ.

— Магазины еще некоторые работают. Предлагаю купить вино и конфеты. А свечи у нас есть, я видел! Устроим романтику, хоть ты и грозился меня за такое с лестницы когда-то спустить.

— Я?..

— Ты, ты… Вытрясай свои магические запасы, хватит соседей заклинать.

В магазине Тони застыл у витрины со сладким.

— Ти, ты чего там опять копаешься? — дернул его по уже сложившейся привычке Алекс, — оно все одинаковое!

— Не хочу конфеты… Это нездоровая еда…

Алексу уже не терпелось приступить наконец-то к приятной части вечера после отбывания повинности у родителей, да еще теперь знающих о намерениях сына. То, что они промолчали за столом, ни о чем не говорило. Охотник улыбнулся, заметив, что день свадьбы родителей почти совпал с его, как он для себя это назвал, помолвкой.

— Ну ты нашел время! Оно все нездоровое! — фыркнул вслух.

— Шоколад лучше… Во-он тот… Если свежий, — пробормотал Тони.

— Уговорил. Надеюсь, против моего выбора вина ты не возражаешь?

Созерцатель придирчиво осмотрел бутылку.

— Да что ж ты там разглядываешь-то, а?!

— Я читаю…

— Вино пьют, а не читают! Пошли уже, чудовище ты мое.

Придя домой, парни уселись в обнимку за столом.

— На брудершафт, — сказал Алекс, когда Тони разлил вино по бокалам.

— Мы же вроде с тобой давным-давно «на ты»?

— А поцеловаться?

— Да… Так я согласен.

— М-м-м, как же вкусно, — зажмурился охотник. — За нас… За нашу помолвку, — совсем тихо произнес он.

— За нашу помолвку, — так же тихо ответил Тони.

Созерцатель потянулся к шоколадке, отломал кусок и собрался было его съесть, но Алекс остановил друга. Разделил отломанную часть плитки на мелкие кусочки так, чтоб съесть каждый можно было сразу, и сказал:

— Открой рот.

— Ты что, кормить меня собрался?!

— Да-а, — ухмыльнулся охотник.

Прошептал на ушко:

— Потом ты.

Когда Тони отправил ему в рот еще один кусочек шоколада, он поцеловал кончики пальцев любимого.

— Ты сумасшедший, — чуть не задохнулся созерцатель.

Алекс только отломал следующую порцию и, когда Тони, смотря на него уже совсем ошалевшим взглядом, открыл рот, сказал:

— И поцелуй!

Созерцатель молча выполнил указание.

Алекс обнял его.

— Какой же ты сладкий, — шепнул охотник, касаясь губами губ возлюбленного.

— Ты… Ты тоже, — ответил Тони.

Он прижал любимого к себе и целовал теперь уже в губы, не дожидаясь, пока тот скажет ему сделать еще и это. Ощущать вкус шоколада во рту, один на двоих, было умопомрачительно приятно.

— Слышь, любитель единорогов, у нас с тобой в интимной жизни огромное упущение! — ухмыльнулся Алекс, оторвавшись от Тони.

— Какое? — удивился созерцатель.

— Мы друг на друге до сих пор не катались!

— Что-что мы еще не делали, похотливое создание?!

— Идем в ванную…
Комментарий к Ты будешь моим
Небольшой стих. Да, автора загреб приступ рифмоплетства 🙂

Диалог Алекса и Тони. Первая реплика Алекса.

— Я тебя зацелую всего
От макушки и до запястий.
— Я надену твое кольцо
И отдамся тебе, мое счастье.
— Я пойду с тобой в сумрачный лес
Где бродил ты один доныне.
— Я вернусь в этот мир чудес
Без тебя был он так пустынен.

28.02.2017

========== Люби меня (секс-сцена) ==========

— Поцелуй меня, Ал, — тихо сказал Тони, когда открыл воду в душе.

— Я тебя еще и трахну, — хрипло шепнул Алекс, беря в одну руку оба члена, а другой прижимая его за бедро к себе.

— Хочу тебя… — простонал созерцатель, сжимая ягодицы любимого и разводя их в стороны.

Алекс тоже застонал от такого, ощущая, как струи воды стекают прямо к его анусу.

— Конечно… Значит я первым на тебе покатаюсь.

Тони снова непонимающе посмотрел на друга.

Когда они вернулись в спальню, охотник мягко толкнул друга:

— Ложись на спину.

Обильно смазав член любимого, Алекс оседлал его.

— Ах это, — догадался наконец созерцатель.

— Дошло, — ухмыльнулся охотник, подготавливая и себя.

— Садись на меня, — шепнул Тони, легко ущипнув друга за сосок.

— Ай, что ж ты делаешь?!

Созерцатель улыбнулся, и сжал второй сосок.

— Ч-чудовище… Я ж себя растянуть пытаюсь…

— Садись, я тебя растяну… Натяну…

— Пошляк!

— Ничего подобного!

— Натянет он… Ах-х… Я тебе такое красивое кольцо подарил, а т-ты… Пошлятину несешь… — охотник стонал, ощущая, как член любимого, твердый, как камень, таранит его.

Созерцатель, видя, что любимому больно, приподнял его и вышел.

— Кольцо бесподобное… Ты меня покорил… Завоеватель мой…

Алекс взял его за член и снова направил в себя. Во второй раз было легче. Он расслаблялся, чувствуя, как член Тони скользит у него в руке, входя очень медленно, но все глубже и глубже с каждым мгновением.

— Т-твой…

— Обожаю наблюдать за тобой, когда вхожу в тебя, — выдохнул созерцатель, по-прежнему придерживая друга за бедра, — ты такой красивый… И так хочешь… Принять… Меня…

— Х-хочу, — выдохнул и Алекс, полностью опускаясь.

Он уперся руками в грудь Тони. Тот продолжал гладить бедра охотника, снова начал разводить его ягодицы, от чего Алекс глухо застонал, чувствуя, как опускается еще ниже. Он сглотнул и через какое-то время, привыкнув к наполненности, возбуждаясь все больше, начал очень медленно двигаться.

— Я… Я тебя даже так трахаю, — простонал охотник, постепенно набирая темп.

Тони подстраивался под его движения, позволяя Алексу доставлять себе удовольствие и вести за собой.

— Д-да… — созерцатель взял друга за член, огладил головку. — А я — тебя. В твой тесный, горячий, сладкий зад…

— Ах ты ж гад! — выгнулся Алекс, запрокидывая голову назад от пронизывающего его удовольствия. — Ты, ты сладкий!

— И ты, ты тоже…

Алекс замер, наблюдая звереющий от остановки движений взгляд созерцателя, и поцеловал друга. Медленно, собственнически беря его и ртом тоже.

Не выдерживая эту пытку, Тони вновь обхватил возлюбленного за бедра, но уже не так нежно, как в начале. Перехватывая контроль, начал двигаться сам, вбиваясь в охотника в полную силу. Глубже, быстрее, жестче.

Теперь так, как желал он.

Алекс взвыл, ощущая, как страсть любимого все дальше уносит его за собой. Еще больше прогнувшись, он начал ласкать себя.

Тони, смотрел на выгибающегося под ним — и на нем — возлюбленного, чувствовал, как охотник непроизвольно сжимает его член мышцами, и дурел окончательно.

— Мой! — рыкнул он, чувствуя, как в глазах темнеет, и волна оргазма накрывает его, заставляя выплескивать семя еще и еще.

— Твой, — простонал Алекс, брызгая спермой несколько мгновений спустя почти в лицо созерцателю.

— Жаль, не достал. Люблю твою сперму пить, — выдохнул тот, отпуская друга и откидываясь на подушку.

Алекс рухнул на возлюбленного. Тони обнял его и поцеловал. Так же, как охотник целовал его — властно и глубоко. Когда отпустил, друг сполз с него и лег рядом, тоже тяжело дыша.

***

В ванной, стоя под душем, Алекс взял Тони за руки. Смотря в глаза любимому, поцеловал запястья. Нежно коснулся губами ладоней. Не выдержав, провел языком по пальцам, задевая металл перстня. А затем, сглотнув, отпуская себя, он впервые позволил себе покрыть поцелуями руки возлюбленного. Снова и снова. И снова… Как одержимый, он насыщался такой долгожданной, простой, но бесконечно интимной лаской.

— Ал… Ал, что… Что ты делаешь? — смутился созерцатель.

Алекс, с трудом останавливаясь, серьезно ответил:

— Я еще, когда в электричке летом тебя разглядывал, на твои руки засмотрелся. Хотел поцеловать уже давно, но все никак не решался.

— Мне очень неловко…

— Мы ж жениться собрались, или как это назвать-то, не знаю…

Тони пожал плечами:

— Я пока тоже.

Охотник снова посмотрел любимому прямо в глаза:

— Привыкай. Я такой. Я буду любить тебя. И так тоже. Мой.

— Постараюсь… — преодолевая свое смущение, чувствуя, что весь дрожит, не отвел взгляд Тони.

Алекс прижал к себе друга одной рукой. Другой гладил по мокрым волосам, целовал в шею. Тони обнял его в ответ и тоже вылизывал нежную кожу, пытаясь хоть немного успокоиться. Как вдруг Алекс замер.

— Ал?

— Да?

— Почему ты остановился?

— Ты меня сегодня впервые попросил, чтоб я поцеловал тебя, — тихо сказал охотник. — Ты меня раньше никогда не просил.

— Правда?.. — удивился Тони.

— Да. Почему ты меня попросил об этом?

Тони вдруг стало очень холодно и страшно. Что-то в нем окончательно рухнуло. То, как Алекс целовал его руки, как он заявил о своих намерениях, как не отступил и подарил другу обручальное кольцо, как утверждал свое право на него снова и снова — от этой силы и откровенности впору было сойти с ума. И он впервые в жизни сказал о том, о чем не говорил никогда, никому:

— Потому что я попросил тебя о любви. Люби меня, Ал. Пожалуйста.

— Буду, — очень тихо, но так, что у Тони побежали мурашки по коже, ответил Алекс.

Он снова поцеловал руки любимого. А затем прижал к себе. Приник к губам и не прерывал поцелуй до тех пор, пока не почувствовал, как Тони расслабляется в его объятиях.

— Мой… — шепнул охотник. — Идем…

Созерцатель только кивнул.

Они вернулись в спальню, и Тони, растерянный, по-прежнему завороженный силой и страстью любимого, повторил:

— Люби меня, Ал… Люби.

— Буду.

Тони потянулся за смазкой. Подготовив друга и себя, оседлал его.

— Ты невозможно сладкий, — простонал охотник, ощущая, как его член погружается в теплое тело возлюбленного.

Тони только глаза закрыл.

Алекс придерживал его за бедра, пока полностью не вошел. Затем развел ягодицы любимого, входя так же глубоко, как тот в него раньше.

— Какой же ты большой… — чуть не задохнулся от счастья Тони. — И весь мой. До предела мой…

— Твой… А ты — мой…

Тони начал двигаться, замечая, как Алекс стонет и непроизвольно подается навстречу, как член друга с каждым толчком распаляет его все больше. Он, как раньше охотник, задавал темп, двигался так, чтоб огонь внутри тела с каждым движением разгорался все сильней и сильней. Так сладко, чуть больно… Он сжал мышцами член любимого.

Алекс охнул и хотел было начать двигаться быстрее, но Тони не позволил ему. Пока. Продолжая вести, он чувствовал руки Алекса, обхватывающие его бедра, держащие крепко и не отпускающие улететь одного. Остановившись, как это сделал в прошлый раз друг, он наклонился к любимому, взял его ртом так же, как тот его в прошлый раз. А затем, снова упершись руками охотнику в грудь, распрямился, выгнулся так, что у Алекса сердце зашлось, и тихо сказал:

— Я весь твой…

И Алекс увел их к звездам. Так быстро, так твердо и глубоко, как теперь хотел он. Так, что они забились в экстазе до дрожи, до судорог от оргазма, сотрясающего их обоих и опустошающего до конца.

Дождавшись, пока член друга перестанет пульсировать, Тони опять наклонился и поцеловал любимого. Алекс тяжело дышал. Отвечая на поцелуй, прижал к себе своего ненаглядного. Когда отпустил, Тони слез с него и лег рядом. Уткнулся охотнику в плечо и закрыл глаза.

— Мы еще с тобой так никогда… — тихо сказал созерцатель.

— Угу…

— Надо идти мыться…

— Не пущу опять убежать!

— Не пускай, — зажмурился Тони.

— Но в ванную все-таки надо, — вздохнул охотник.

— Да…

***

Стоя под душем, Тони опустился перед другом на колени.

— Т-ти…

— М-м-м?

— Т-ты ж меня досуха…

Созерцатель только едва кивнул. Он ласкал промежность любимого, затем добрался до его ануса. Ощущал под пальцами все еще податливое кольцо мышц и млел от все более громких стонов друга. Чувствовал, как возбуждается, но к себе прикасаться совсем не спешил. Ласкал неспешно, наслаждаясь заполняющим его рот членом. Доводил друга до того, что тот непроизвольно начинал вбиваться ему в рот, и млел от счастья. И только ощутив, что скоро охотник не выдержит, обхватил свой член. Подумал, что может кончить сейчас еще быстрее, чем любимый. Но все же сначала ощутил вкус спермы друга.

Алекс сполз по стенке и сел в ванную.

— Ты меня всего вытрахал, — обессиленно сказал он.

Тони тоже уселся поудобнее и тихо ответил:

— Ага.

***

Перед сном созерцатель, сграбастанный другом в охапку, зацелованный, затисканный и заласканный, надеясь, что смог отплатить тем же и в той же мере, как получил, тихо сказал:

— Хочу семью… Замуж, жениться, неважно. С тобой. Навсегда.

Алекс прижал его к себе.

— Я тоже хочу.

— Здесь нас не ждет ничего хорошего…

— Угу…

========== Последние дни учебы ==========

Охотнику осталось только написать диплом. Тони, частично в качестве страшной мести за усиленную физподготовку, гонял Алекса тоже от всей души и помогал тому подготовиться к защите.

Владислав позеленел, когда узнал о продолжении карьеры сына. Он вылил на голову Тони очередной ушат помоев, как всегда обвинив созерцателя в том, что тот совратил его сына, и теперь Алекс занимается не пойми чем, вместо того чтоб жить нормальной жизнью. Тони молча, как это тоже уже стало обычным, все выслушал и другу ничего не сказал.

— Духов они ловят! — рыкнул отец. — Позорище на мою голову!

Впрочем, денег сын не просил, задрипанный преподавателишка тоже явно не содержал охотника, так что и с этим пришлось смириться.

— Пусть хлебнет дерьма, — прошипел отец Алекса жене. — Голодать будет, придет к папочке, куда денется.

========== Приложение ==========

Один вечер из жизни Тони. Семнадцать, весна и сны

Однажды весной Тони допоздна засиделся в библиотеке. У первокурсников всегда много заданий.

Выйдя на улицу, созерцатель вдохнул свежий воздух. Пахло распускающейся листвой. Зажигались первые звезды, на тротуаре кое-где еще виднелись лужи после прошедшего днем дождя.

Домой идти не хотелось. Родители, наконец избавившись друг от друга и от него заодно, укатили на все четыре стороны несколько месяцев назад. Оба. Больше в доме не было скандалов и пьянок. И не будет. Никогда. Он об этом позаботится.

Тони зябко поежился. То ли от вечерней прохлады, то ли от одиночества.

Вспоминая день, созерцатель все же побрел в сторону своей квартиры. Теперь эта обшарпанная двухкомнатная развалюха принадлежала ему. Он вернулся мыслями к учебе. Сегодня была лекция у интересного преподавателя. До него доходили слухи об этом шустром иностранце. Поговаривали, что он — очень сильный маг. Но восемнадцати Тони еще не было. Да и не факт, что Тедди согласится его обучать. Кто он такой? Никто, сын алкоголика. Все, что он умеет — это видеть сны и втихаря кропать стишки. Никому не нужные занятия, одно бесполезней другого.

Придя домой, Тони съел остатки яблочного пирога — этот уже можно было есть, не опасаясь за свое здоровье — и, усмехнувшись, подумал, что, на крайняк, если из универа выпрут, пойдет в кулинарный техникум.

Улегшись на свою старую кушетку, он укрылся потеплее, чтоб легче расслабить тело, и сосредоточился, входя в сновидение.

Осознав себя во сне, созерцатель свободно вздохнул. Только во сне у него получалось искренне смеяться. Здесь он по-настоящему был дома. Тут его не могли достать своими идиотскими выходками родители, давно растерявшие свои способности и умения. Не было уродов-одноклассников, многие из которых явно вскоре завершат свою жизнь в тюрьме. На пустынных ночных улицах он почему-то не чувствовал себя таким заброшенным и никому не нужным. Можно было летать, экспериментировать, наблюдать за миром. Недавно он нашел необычное место на перекрестке неподалеку от дома. Подлетев к нему снова, он потянулся чувствами к искривлению пространства.

Через несколько бесконечно долгих мгновений полета сквозь грохот и беспорядочно мелькающие пятна он обнаружил себя в городе. Он точно знал, что город приморский. И что за невысокими домами, жмущимися друг к другу, есть море.

Внезапно он заметил человека на пустынной улице. Созерцатель редко встречал в сновидении людей. Человек выглядел как мужчина средних лет.

— Ты знаешь, кто ты? — спросил он незнакомца.

— Нет, — растерянно ответил тот.

Непонятных созданий, не могущих представиться, Тони опасался.

— Ну и вали отсюда! — отпугнул он на всякий случай существо.

Человек, похоже, обиделся. Развернулся и ушел.

Тони удивленно проснулся.

«М-да, вот и поговорили, называется», — подумал он.

Выбрался из постели и пошел в ванную. Принять душ после такого не помешает.

========== Примечания ==========

(Ин) шочитль ин куикатль — «цветок и песня» (поэзия). Один из наиболее глубоких и содержательных дифразизмов нагуа. В поэмах нагуа многократно повторяется, что «цветы и песни» — это самое возвышенное на земле. Совершенно определенно утверждается также, что «цветы и песни» — это единственный способ сказать истинное на земле. Утверждение, что «поэтическое знание, которое приходит из глубины неба», — ключ к постижению истины, в конечном итоге приводит нас к выводу, что мысль нагуа во всем окрашена самой чистой поэзией. Тламатиниме действительно открыли поэтический характер мышления: «цветок и песню».

http://www.indiansworld.org/nahua_philosophy11.html#.WFa3prWGmEc
Комментарий к Примечания
Часть III. "Ночь и ветер":
https://ficbook.net/readfic/5489060